Каталонская компания

Это был крепкий широкоплечий невысокий мужчина с непропорционально большой головой и тяжелым подбородком, покрытым многодневной черной щетиной. Длинные густые усы нависали над верхней губой, скрывая ее почти полностью. На голове чалма из темно-красной материи, один конец которой свободно свисал к правому плечу. Поверх красного шелкового халата надета короткая кольчуга из мелких колец. Светло-коричневые сапоги новые, из тонкой кожи, без модной, как у ромеев, так и у турок, вышивки золотыми нитками. Звали командира эмир Халил. На счет того, что он — эмир, у меня были большие сомнения.

Выслушав мое предложение присоединиться к Каталонской компании и условия сотрудничества, он задал резонный вопрос:

— А зачем нам это надо?! Нам и здесь неплохо.

— Затем, что с нами возьмете больше добычи, — ответил я. — В последнем сражении мы, потеряв всего несколько человек, захватили по три коня на каждого и столько оружия и доспехов, сколько вы за всю свою жизнь не наберете.

Грабителем движет жадность, которая насыщается только в одном случае — когда хватает себя за хвост.

— А если вы завтра помиритесь с ромеями? — молвил Халил, хотя по его лицу было видно, что жадность уже сделала свое дело.

— Это вряд ли. Между нами слишком много крови, — сказал я. — Даже если такое случится — каких только чудес не бывает?! — к тому времени мы все будем достаточно богаты, чтобы расстаться с каталонцами и достойно встретить старость.

— Я так и подумал, что ты не латинянин, — произнес турок. — Болгарин?

— Рус, — ответил я.

— Никогда не воевал ни против русов, ни вместе с ними, — сказал он.

— У тебя появилась возможность приобрести такой опыт, — произнес я шутливо.

— Мои воины не привыкли, чтобы ими командовал иноверец, — сообщил Халил, что подразумевало, что командование отрядом отдавать не собирается."

"— Не бойся, я не буду заставлять вас есть свинину и пить вино! — пошутил я еще раз и добавил серьезно: — Командовать отрядом будешь ты, но делать только то, что скажу я. Думаю, скоро у нас будет несколько таких отрядов, и я буду осуществлять общее руководство.

— Давай попробуем, — согласился он, — но если что-то будет не так, мы сразу уйдем.

— А как же иначе?! — согласился я.

— Я передам им твое приглашение, — пообещал Халил.

То есть, он соглашался подчиняться лично мне, а не каталонцам. Турки доверяли западноевропейцам даже меньше, чем ромеям, потому что не понимали, как можно нарушить клятву ради материальной, а не моральной выгоды. Латинянам было непонятно обратное. Монголы не понимали и не прощали ни то, ни другое, а русские — наоборот.