Каталонская компания

Через два дня, в субботу вечером, к берегу метрах в восьмистах от города причалили восемнадцать генуэзских галер и семь ромейских, на которых везли, как нам сообщили с проходившего проливом нефа из Падуи, к месту нового жительства Феодора, четвертого сына императора, ставшего после смерти деда по матери маркграфом Монферрата. Наверное, считал себя самым обездоленным из сыновей императора, не подозревая, насколько более спокойная судьба его ждет. Впрочем, я не знаю историю маркграфства Монферрат. Может, там дела будут еще хуже, чем в Ромейской империи.

Мы думали, что он решил по пути навестить нас и попытаться вразумить или, что скорее, попугать, поэтому на всякий случай закрыли ворота.

Галеры ткнулись носами в берег, по сходням спустились воины, почти половина из которых были арбалетчики. Всего их было около полутора тысяч. Они неторопливо выгрузили длинные лестницы. Примерно тысяча бойцов, разделившись на три отряда, пошли к городу. Остальные устанавливали большой пурпурный шатер и несколько палаток на склоне холма. Так понимаю, там будут места для знатных зрителей, в том числе для маркграфа Монферратского, которые с удовольствием понаблюдают за взятием города.

Меня всегда поражала обыденность начала осады. Все действовали спокойно, размеренно. Ни криков, ни оскорблений. Идут себе люди с лестницами, арбалетами и копьями. Такое впечатление, что несут образцы своих товаров. Коммивояжеры, твою мать!

— Никак осаждать собрались?! — удивился Рамон Мунтанер, который стоял рядом со мной на надвратной башне.

— Решили воспользоваться моментом, — подтвердил я.

Один отряд генуэзцев захватил наши галеры и лени, перегнал к месту стоянки своих.

Они долго рассматривали недостроенную бригантину, что-то обсуждали, темпераментно жестикулируя, а потом все-таки подожгли ее. Выпачканная смесью из оливкового масла и извести, она горела не хуже, чем предыдущая. Я смотрел, как пылают мои надежды и мечты, и подсчитывал, сколько золотых монет разных стран превращаются в дым. Как пришли, так и ушли. Если не везет, то снаряд два раза попадет в одно и тоже место.

Поэтому не разозлился на Рамона Мунтанера, который сказал:

— Город осаждают каждый раз, когда ты начинаешь строить корабль.

Делай следующий в каком-нибудь другом городе, а?

— Уговорил! — с наигранной шутливостью произнес я.

Всю ночь мы дежурили на стенах. Нас было слишком мало, чтобы надежно защитить весь периметр. Облачили в доспехи часть женщин и расставили между мужчинами, чтобы казалось, что нас больше, чем есть на самом деле. Создали под моим командованием особый отряд из двадцати человек, который будет переходить туда, где ситуация осложнится.

Штурм началась утром.