Каталонская компания

— Сидеть без дела несколько месяцев мне скучно, — возразил Рожер де Флор. — Подожду дня три и, если турки не нападут, поплыву к императору, сообщу о победе и предложу план совместной военной компании на зиму.

Я не стал его отоваривать. Судя по тому, что и Беренгер промолчал, сделал правильно. Рожер де Флор относился к категории людей, которые слышат только то, что хотят слышать. Те, кто говорит им другое, сразу становятся врагами, особенно, если оказываются правы.

Вернулся к своим в полдень. Тегак во дворе перекладывал наше барахло из старой телеги в двуконную турецкую кибитку, конфискованную, как доложил мне, во время перехода по городу.

Семеро моих бойцов сидели под стеной склада, на солнце, ковырялись в зубах. Остальные, наверное, пасут лошадей и скот. Тощая рыже-белая собака с шерстью в колтунах, приблудная, неподалеку от кибитки грызла баранью кость. Скорее всего, угостил собаку Тегак. Он любит животных.

— Пленных покормили? — спросил я.

— Только твою девку, — ответил Аклан.

— Покормите. За слабых нам меньше заплатят, — приказал я и рассказал, как теперь будем делить добычу.

Мы тут же оценили все захваченное, не считая овец и коз, которых съедим, и разделили. Я взял треть добычи, как командир, и треть из императорской доли, то есть, чуть меньше половины: в придачу к лошадям, оружию и девушке, все золото и серебро, деньги, ткани, шелковые и льняные, и женские тряпки и обувь. Остальное поделил между своими бойцами, выдав и Тегаку половину доли конного лучника. Теперь у пацана был свой жеребец, полный комплект оружия, включая турецкий лук, стрелять из которого я научу, клинк — железный шлем с неподвижным наносником и откидным воротником и наушниками — и кожаный доспех, пока великоватый на него.

Приказав служанке — старухе такой же беззубой, как и ее муж, — чтобы нагрела воды помыться, поднялся на второй этаж. Вход был между первым и вторым окном от лестницы. Переплеты в окнах свинцовые, а кусочки почти прозрачного стекла длиной сантиметров тридцать и шириной пятнадцать. На медной прямоугольной табличке, прибитой к двери, вычеканен Христос. Дверь вела в комнату, в которую свет попадал через среднее окно.

В ней стоял стол человек на двенадцать, две лавки и два длинных и низких сундука, которые, наверное, использовали при необходимости, как кровати. Оба были пусты. Комната слева была раза в два меньше, но тоже с окном. Там стоял еще один большой и пустой сундук, маленький стол, приделанный одним краем к стене, и три четырехногие табуретки. Скорее всего, здесь был кабинет хозяина. В комнате справа, средней по размеру, была спальня. Окно в ней было наполовину завешано плотной темно-красной шторой.