Казнь без злого умысла

В трубке зазвучал незнакомый мужской голос:

– Старший лейтенант Яковлев. Прошу прощения за поздний визит, но полковник Баев велел доставить вам информацию.

Во как! Настя включила бра и посмотрела на часы: половина двенадцатого. Ай да Игорь Валерьевич! Наверное, зря она так плохо думала о нем. Человек слова.

– Спасибо. Оставьте у портье, я завтра заберу.

– Товарищ полковник сказал: лично в руки передать, – твердо ответил старший лейтенант.

Лично в руки… Любят же в этом городе Вербицке разводить тайны на пустом месте! И чего им в простоте не живется? Мысль о том, что нужно встать, одеться и спуститься вниз, вызывала содрогание.

Но если из трех элементов оставить только один, то вполне можно пережить. Не одеваться и не спускаться, только встать и надеть халат.

– Поднимайтесь, номер шестьсот четвертый.

– Минутку, я передам трубку портье, а то меня не пускают, говорят, что после двадцати трех часов не положено.

«Господи, в каком мире мы живем? – усмехнулась про себя Настя. – Закон о запрете курения в общественных местах здесь не соблюдают, а правило о двадцати трех часах, после которых в гостиницах не должно быть посторонних, живет себе с советских времен и здравствует».

Завернувшись в халат, она вышла из спальни, пару раз махнула расческой по волосам: если уж не одета, то хотя бы не взлохмачена. Конверт, который ей передал старший лейтенант Яковлев, оказался на удивление тонким. Вскрыв его, Настя обнаружила два листка, на одном из них – фамилии и адреса, на другом – послание от Баева: «Прилагаю список лиц, которые утверждают, что слышали о работе потерпевших в лаборатории. Все они допрошены следователем. Если захотите с ними побеседовать, сообщите мне, я дам команду, чтобы вам это организовали».

Коротко и сухо. Ни здрасьте – ни спокойной ночи. Ну и ладно.

И что ей теперь с этого списка? Принесли бы его в первой половине дня, можно было бы успеть поговорить хотя бы с некоторыми из этих людей и сформулировать сценарии более точно. Изменения в анкету можно вносить только до семи утра, с девяти интервьюеры начнут опрашивать население. Поздно, поздно…"

"Она пробежала глазами приложенный список. Не сказать, чтоб уж очень длинный. Всего девять человек.

Последняя фамилия в списке показалась ей знакомой… Нина Ляшенко. Где-то эта фамилия уже встречалась. Настя прикрыла глаза и попыталась вспомнить вид текста, в котором видела фамилию. Не рукописный… Не распечатанный на компьютере… Не типографский… Фон светло-коричневый, справа реклама какого-то автосалона… Да, правильно, эта фамилия упоминалась в нескольких публикациях в интернет-изданиях. Эта? Или такая же? Однофамильцев пруд пруди даже на одной улице, не то что в восьмисоттысячном городе.