Казнь без злого умысла

Давайте-ка отъедем отсюда хотя бы на пару кварталов, остановимся и спокойно поговорим.

Лариса послушно включила двигатель. Руки у нее тряслись.

* * *Когда Виктор Егоров получил сообщение от Каменской, он уже двигался от окраины города в центр. Разговор с Зоей Григорьевной Деревянко никаких неожиданностей не принес: да, спустя некоторое время после смерти ветеринарного врача Чуракова приходил некий молодой человек, но он попал в очень неудачный период: поздняя осень, как раз шел убой на шкурки, начинался этап подготовки зверей к гону, нужно было обеспечить полноценное кормление, а с кормами трудно, качество отвратительное, одним словом, голова у Зои Григорьевны была забита звероводческими проблемами и множеством организационных вопросов.

Она даже не помнит, кем этот молодой человек представился, помнит только, что он собирал материал для книги, посвященной столетию профессора Тарасевича. Директор сразу сказала, что все материалы у главного зоотехника, сама она их не читала, только просмотрела по диагонали. Нет, ничего, кроме научно-практических материалов, в папках не было, ни дневников, ни мемуаров, а молодого человека интересовали именно они.

– А к главному зоотехнику он ходил?

– Ходил, – кивнула Деревянко. – Я сама его и отвела. Только Николаичу нашему тоже не до разговоров было, я же говорю: период сложный. Так что гость этот от него вышел минут через десять, мне потом с проходной звонили, выпускать его или нет.

– Поговорить с ним можно, с этим вашим Николаичем? – спросил Егоров.

– Отчего ж не поговорить, – улыбнулась директор. – Сейчас позовем."

"Главный зоотехник фермы, Василий Николаевич, повторил слово в слово все, что рассказывала Зоя Григорьевна.

На имя, названное посетителем, внимания он не обратил, а то, что незнакомец представился сотрудником Института пушного звероводства и кролиководства, запомнил, но это и без того было уже известно от вдовы ветврача. Нет, никаких материалов, кроме научных, никаких писем, дневников, мемуаров и прочего в переданных Чураковым папках не было, он так и сказал посетителю.

– Значит, к научным материалам этот человек интереса не проявил? – задумчиво уточнил Егоров.

– Ни малейшего. Я, честно признаться, был уверен, что он из Перова, с той зверофермы, у них ведь такие же проблемы с кормами, как и у всех. Думал, они нашими ноу-хау хотят разжиться. Даже одно время боялся, что после появления этого гостя у нас какие-нибудь бандиты нарисуются, будут силой заставлять поделиться нашими секретами. Но ничего, никто так и не объявился.

Сигнала от Каменской пока не поступало, и Виктор решил заехать на Хабаровскую улицу, где когда-то жил профессор Тарасевич.