Хочу тебя себе

Вот только я не в море, никуда не плыву, и это не сон. Я стою посреди совдеповского номера с цветастыми шторами, пёстрой клеёнкой и букетиком искусственных гвоздик на столе.

— Рот закрой, и чтобы такого больше я не слышал! — гаркаю на Ленку и дёргано лазаю по карманам куртки в поисках сигарет, роняю пачку.

Ну это надо додуматься: сказать мужику, что у него сестра проститутка! Всё валится из рук, хочется разогнаться и лбом об стену. Потому что я… Я сейчас начинаю вспоминать, и мне становится хреново. Как наяву перед глазами встаёт множество новых дорогих шмоток, ночные звонки, горы косметики… Незнакомые машины, на которых порой её подвозили.

Всё это резкими пятнами вспыхивает в памяти, но сознание не желает принимать. Моя сестра была хорошей. Она не могла. Я же её не так воспитывал. С чего вдруг? Дёрнув деревянную дверь, распахиваю балкон, курю прямо в номере, холодный воздух смешивается с дымом. В комнату врываются уличный шум и сумеречное чириканье первых птиц.

— Когда моя сестра, Саш, пропала, я сразу всё поняла, я ведь там тоже была. Но сбежала. А Вике нравились её крутые друзья. Мужчины, деньги. Она с детства любила деньги, всё просила дать ей или подарить, чтобы можно было купить всё, что она захочет.

Вначале это были плюшевые игрушки, потом одежда, украшения, телефоны, — закрыв лицо руками, Ленка жалобно всхлипывает. — Дядя мне не верил, у него клиника, семья своя, думал, наговариваю, а мы сами по себе уже жили. Росли как сорная трава. Вот и не справились. Там не только Попов. У него есть партнёры. Это целая сеть подпольных борделей. Есть элитные, а есть в прямом смысле свинарники. Он девочек на праздники приводил, и, когда они были пьяные или под чем-то, я с ними болтала и собирала информацию.

Меня ведёт. Хватит! Я не хочу этого знать! Всё это ложь! Моя Рита не была шлюхой!

— Замолчи, я не верю! — У меня от всего этого аж зубы сводит.

— Саш, бывало такое, что Рита дома не ночевала, а тебе говорила, будто с подружкой учёбой занимается? И ты звонил, а папка этой подружки трубку брал, рассказывая, что с девочками всё хорошо, они доклад в интернете пишут? Она ведь совершеннолетняя, на замок не посадишь, к поступлению готовилась. Так было, Саш?

Не хочу верить, не могу. Не могу просто.

— Она не такая была! — рычу, задохнувшись, выбрасываю и прикуриваю ещё одну.

 — Мы не были бедными. У неё были деньги. Ей незачем было!"

"Сердце от страха в пятки уходит, а глаза застилает малиновой пеленой. Выходит, не Попов её использовал, обдурил и выкинул, получается, она со всеми подряд… Бросаю вторую непотушенную сигарету, кидаюсь к Ленке, за плечи её трясу. Хочу придушить за вонючие слова и тупые предположения, аж тошно. Но вместо этого, вцепившись, жму к себе. И бью по спине кулаком. Не сильно, скорее отчаянно. Лена плачет.