Хорошая девочка должна умереть

Второй брак Джейсона распался — возможно, тоже из-за подкаста? Сейчас он вновь сошелся с матерью Энди, Дон, и живет в доме, где умерла их дочь.

• Дон Белл — по тем же соображениям, что и выше. Возможно, она не хотела, чтобы Джейсон к ней возвращался. Мое расследование показало, что Джейсон не такой уж хороший человек: он контролировал каждый шаг жены и дочерей и морально над ними измывался. Бекка даже не хочет о нем разговаривать. Может, Дон возлагает на меня ответственность за то, что муж к ней вернулся?

• Чарли Грин — это не он. Сто процентов. Он не собирался меня трогать.

Устроил пожар лишь затем, чтобы я бросила Стэнли; хотел убедиться, что тот действительно мертв. Чарли не хотел причинить мне боль: он заботился обо мне и помогал, даже если у него были на то свои причины. Однако ради объективности Чарли тоже стоит добавить в список, потому что я единственный свидетель убийства, из-за которого он пустился в бега. Вдруг без моих показаний присяжные его оправдают?

• Инспектор Ричард Хокинс — пошел он к черту!

Это нормально — иметь столько врагов? Неужели причина во мне?

Как вообще так вышло?

Я понимаю, почему все меня ненавидят.

Я тоже себя ненавижу."

"Глава одиннадцатая

На пальцах скрипела пыль от мелка, сухая и колючая. Вот только ее быть не могло, потому что Пиппа уже проснулась. Глаза были сухими и колючими, но пальцы чистыми. Она резко села.

В комнате царила тьма.

Она уснула?

Похоже, что так, иначе как она могла увидеть сон?

Тот по-прежнему крутился в голове, будто события разворачивались минуту назад. Но ей ведь привиделось, правда?..

Все казалось до ужаса реальным. Тяжесть в сложенных вместе ладонях, еще теплая и пульсирующая в прохладе ночи.

Гладкие перья под пальцами. Отсутствующие глаза — потому что не было головы. Пиппа шла по дорожке возле дома, держа в руках маленькую мертвую птицу, такую мягкую, что ее не хотелось отпускать. Однако голубя пришлось положить на асфальт, подвинув так, чтобы голова, будь она на месте, смотрела прямиком в окна ее спальни. Чтобы видела сквозь щели в занавесках, как Пиппа спит в своей кровати, находясь одновременно и здесь, и там.

Это было еще не все. Предстояло немало других дел. Очень важных. В руке возник мелок, на ощупь не такой приятный, как голубь.

Откуда он взялся? Пиппа не имела ни малейшего представления, зато знала, зачем он нужен. Она отошла назад, вспоминая, где рисунки были в прошлый раз. Сделала три шага вперед по направлению к дому. Вот здесь самое место.

Колени замерзли на холодной дорожке, мелок истерся, пальцы покраснели и ободрались о шершавые камни. Сперва ноги. Потом тело. Руки. И никакой головы. На асфальт одна за другой легли пять фигурок, которые в пляске медленно приближались к Пиппе, мирно спящей в своей постели.