Хозяин моего сердца

И если вдруг такой самец окажется в опасной близости от населенной планеты, то, используя прибор, его всегда можно увести на безопасное расстояние.

— И что же произошло потом, мой друг? — спросил старичка Асмус.

— Полагая, что в моих руках панацея стратегического значения, я поспешил доложить об открытии своему императору. — Гермор прикрыл глаза и тяжело вздохнул. Только после этого он продолжил: — Вы наверное уже догадались, что больше я домой не вернулся, став ценным рабом императора.

— Да, об этом несложно догадаться, — кивнул Асмус. — Мы бы хотели, чтобы ты рассказал о том, за что император приговорил тебя к смерти.

Невелус мало похож на глупца, который станет убивать полезного человека. Для начала он выжмет с него максимум."

"— Это, если так выразиться… — Зерт нервно пригладил седые непослушные вихры. — Это несколько неприятная для меня тема. Годы рабства тяжелы даже для молодого здорового организма, а для меня превратились в бесконечную агонию телесных и душевных страданий. И тем не менее, император тщательно следил за тем, чтобы моя жизнь не оборвалась скоропостижно. Всему виной прибор, управляющий виссонами.

Так продолжалось до тех пор, пока прибор работал…

— Ты хочешь сказать, что прибор не работает, старик? — напрягся Ригли.

— Скорее нет, чем да… — ответил ученый.

— Ты не мог бы изъясняться понятнее?! — бывший советник императора повысил голос.

— Не вдаваясь в детали, основной деталью прибора является очень редкий кристалл, который мне когда-то подарил муж моей племянницы. Полагаю, что добывают подобные минералы исключительно на Саорге. По крайней мере, ни про что подобное в Ликерийской империи я не слышал.

— Ополлум, в переводе с языка аскедов означает сияние звезды и действительно является очень редким минералом, — подтвердил Асмус. — До открытия Зерта его использовали только ювелиры, да и то крайне редко, учитывая баснословную стоимость огранки, но теперь открываются совершенно иные горизонты его использования.

— Спасибо, — поблагодарил саорга ученый. — Так вот, каждое использование прибора, словно снимает тонкую пленочку с кристалла. А включая эксперименты и саму разработку, плюс использование по назначению — в общем, таких пленочек было снято довольно много, и кристалл стал проявлять нестабильность.

Проще говоря, связи кристаллической решетки рушатся. Значит, как поведет себя прибор при следующем использовании ни предсказать, ни предположить невозможно. Эксперимент сырой, тема мало изучена и требует доработки. О чем я, собственно и сказал императору. Поскольку еще один кристалл добыть не представлялось возможным, я стал не нужен. Его величество пришел в ярость и приказал меня казнить. А дальше вы все знаете.