Кофе с любовью

Алина не переносила запаха сигарет, потому сразу встала и поспешила на небольшую детскую площадку метрах в двадцати, чем неприятно удивила управляющего. Вот же засранка! Надо ее увольнять, какая-то никчемная шуганная малолетка. Ни навыков, ни опыта толком, ни мозгов. Но откуда столько злости? Рома по-прежнему не мог понять, почему девчонка так бесит. Где только он не работал, с какими только людьми не вел дела, но везде симпатии или антипатии имели четкие причины, а здесь. Ведь дело даже не в отсутствующем опыте, не в возрасте. Дело в чем-то другом. И вот сейчас. Эта фейка демонстративно встала и ушла, что прямо-таки взбесило. А раз бесит и раздражает, значит, надо избавляться от источника раздражения. Довлатов любил работать в комфортных условиях и с теми людьми, которые отвечают его потребностям. Бармен Филипп толковый парень, практически профи, способен учиться на ходу, про Михаила и так все понятно, талантливый повар, Василиса тоже ничего, услужливая, с клиентами вежливая, ему дерзит иногда, но в целом не страшно, работать можно. А вот Мельникова – нет. Молчит, через силу улыбается, а в голове свое держит, еще смотрит своими зелеными глазищами.

И Рома решил, с него хватит. Сегодня же вечером намекнет ей, что пора бы искать новое место."

"Зеленоглазая фея тем временем сидела на скамейке, жевала бутерброд с не самым вкусным сыром, а мысли мелькали одна за другой. Главным образом девушка думала за учебу. Впереди пять лет в институте. Не в колледже или училище, а в институте! Шанс стать настоящим специалистом. Сначала бухгалтером, а потом и аудитором можно. С математикой у нее никогда проблем не было. Тем более, бухгалтеры везде нужны. Возможно, профессия сейчас не сказать, что популярная, зато хлебная. Но чтобы все сладилось, надо учиться, стараться не пропускать, а еще, как-то совмещать учебу с работой. Без денег она не справится. Все счета на ней, продукты. Отчим заработанные копейки тут же пропивает, а мама… мама уже лет пять нигде не работает.

Закончив с перекусом, девушка выбросила мусор в урну, а когда встала, ощутила резкую боль в желудке. Доведет она себя сухомяткой до гастрита, ох доведет. Месяц уже питается магазинной ерундой. Дома и в кухню-то не зайдешь.

К вечеру кофейня превратилась в гудящий улей, людей было много, но радовало одно, еще час и домой, спать. А завтра выходной. И если повезет, суп сварит. Или не повезет, тогда постарается привести маму в порядок и сводить в кафе недалеко от дома, покормить и себя, и ее нормальной едой.

– Мельникова! – раздался голос Кирилла, – у меня перекур, возьми пятый столик.

– Хорошо, – Алину аж передернуло, не любила она, когда звали по фамилии. Но, что управляющий, что эти двое только по фамилии и звали.