Когда Судьба настаивает

– Можете говорить со мной по-русски.

– Спасибо, но мне нужна языковая практика, в моих интересах как можно быстрее выучить язык до требуемого уровня, – улыбнулась девушка, – мне ещё диплом медсестры подтверждать.

– О! Ну, тогда Вы молодец. Правильный подход, – похвалила Элизабет девушку машинально.

– Соболезную Вашему горю! – продолжила девушка.

– Спасибо, – она кивнула девушке.

Элизабет, оказавшись в палате одна, начала со звонка своим родителям.

– Мам, пап, поздравляю вас с рождением правнука!

– Элизабет, подожди, я на громкую связь поставлю! – остановила её радостным голосом мама, – вот, говори.

– У вас родился правнук. Вильма дала ему имя Эрик и фамилию Герман.

– Элизабет, что случилось? – мама, конечно, уловила в голосе Элизабет все нюансы.

– Вильма умерла. Аневризма, обширное кровоизлияние в мозг. Она подписала бумаги в случае экстренной ситуации спасать малыша. Врачи не могут дозвониться до её отца. Он ещё не знает. И Саша тоже не знает, – Элизабет рассказала сразу всю информацию. Тянуть по одному вопросу было бы тяжелее.

– Ох, дочь… – мама только выдохнула.

– Саше тоже надо сообщить! – включился в разговор отец.

– Да, пап, и ему тоже, но у Саши сейчас ночь.

– Если хочешь, могу я.

– Нет, пап, спасибо, но я сама. Начала вот с вас. Я сейчас в больнице буду. Эрику нужен кто-то родной рядом. Он махонький, но ведь чувствует всё.

– Хорошо. Звони сама, держи нас с матерью в курсе.

– Да, пап, спасибо.

Глава 27

Герман."

"Ледяной панцирь между ним и дочерью начал таять сам и незаметно. А причиной этому послужили разговоры Вильмы с Элизабет. Он слышал, как дочь вечерами говорила с Элизабет. Говорили по видеозвонкам. Говорили они, а он, Герман, всё слышал, хоть и общалась дочь с Элизабет в своей комнате.

Вильма никогда не закрывала дверь в свою комнату. Это была её привычка из детства. Она объясняла это тем, что всегда хотела слышать отца. Пусть через закрытую дверь в его спальню, но слышать всегда.

И вот теперь, именно благодаря привычке его дочери не закрывать дверь в свою комнату, Герман слышал все их разговоры. Эта удивительная женщина нашла подход к его дочери. Ну, или что-то такое изменилось в самой Вильме. И изменения эти удивительным образом случились после встречи Вильмы с родной матерью. Вот уж правду говорят, не было бы счастья, да несчастье помогло!

“Сколько, оказывается, может быть общих тем для разговоров у двух женщин!” – усмехался Герман, слушая разговоры Вильмы с Элизабет. Он слушал их фоном, работая по вечерам в кабинете или находясь в своей спальне, он перестал закрывать дверь. Ему нравилось слышать их голоса.

Вильма нашла в Элизабет то, чего не имела всю свою жизнь – безусловную любовь матери. Не за успехи в школе, не за красоту и добрый характер.