Когда Судьба настаивает

Она с детства меня к такому приучила. Да и потом, это же удобно, когда вещи лежат на своих местах, согласны?

– Согласен! Полностью! – кивнул Герман, а потом, рассмеявшись вдруг и удивив сам себя, рассказал о том своем самом первом впечатлении об Элизабет. Точнее, о том, как она складывала упаковку."

"– О! Да! – рассмеялся парень, – в этом вся мама. А вот если ей надо привести мысли в порядок, то она начинает генеральную уборку в своем жилище. Не то, чтобы у неё в квартире всё запущено, о нет! Отец даже злился на маму за её излишнюю любовь к чистоте. А в тот вечер, когда Вы ужинали с ней, моим отцом и его любовницей, мама устроила генеральную уборку со сниманием штор в их с отцом спальне. “Убрать следы чужого присутствия” – как она мне объяснила свой порыв в тот поздний вечер, когда я вернулся и застал её за этим занятием.

– И я её понимаю! – кивнул Герман.

Александра выписали на следующий день и вот здесь и пригодился личный самолет Германа с удобными креслами, в которых можно было почти лежать. Главное, что можно было закинуть ногу на соседнее кресло, развернув при этом кресла друг к другу и устроив почти кровать.

– Летим домой! – улыбнулся Александр, устраиваясь в креслах.

– Да, Саш, домой, – улыбнулся Герман и уже когда они были в небе, они вспомнили, что не позвонили Элизабет.

– Я так понимаю, что мама ничего не знает? – догадался Герман.

– Нет.

– Почему?

– Я не хотел её тревожить. Тем более, что и с сахарным диабетом люди живут. Уколы я уже научился себе делать, а нога… Буду ходить с тростью, подумаешь, половины стопы нет. К тому же только левой. Даже на машине могу сам ездить!

Герману нравился настрой Александра. Парень не ныл. Он принял ситуацию и планировал свою жизнь дальше, исходя из изменившихся вводных.

– Саш, тебе сейчас первое время будет нужна помощь. Я могу помочь, позволь мне это сделать. Мой друг владелец клиники. Положим тебя, обследуем. Ты ведь знаешь, что в Германию со всего мира едут лечиться. Не отказывайся, пожалуйста! А свою дипломную работу ты и в палате сможешь писать.

– Хорошо. Спасибо Вам! – парень улыбнулся и вдруг продолжил:

– Ну, раз уж я пропустил время отчета по телефону, то слушаю Вас лично!

Герман рассмеялся и начал свой рассказ о Вильме за последнюю неделю. Саша слушал, кивал, улыбался, а потом, когда Герман закончил, спросил:

– Как долго вы с мамой ещё будете ходить по кругу? Лично я намерен идти к Вильме и быть на родах, если она позволит. Я хочу принять своего ребенка у акушерки и положить его Вильме на грудь. Вот, правда, не знаю, примет ли она меня такого. Мне кажется, пришла пора и вам уже расставить все знаки препинания в ваших с мамой судьбах.