Команда: Шакал и волки

Ее взгляд излучал колючую энергию. На какое-то время он ощутил себя провинившимся второклассником перед разгневанным директором школы.

– Что тогда? – повторил он.

– А не пошел бы ты! – уничтожающе усмехнулась она.

– Ты за базаром следи! – взвился Шнур.

Но женщина лишь рассмеялась:

– Ты, Казанова доморощенный! Разве с дамами так разговаривают... Ты вообще кто такой?

– Шнур я, поняла?!

– Шнур?! – задумалась она.

Сейчас вся дешевая спесь сползет, как омлет со сковородки. Все в городе знают Шнура, все его боятся...

– Нет, не знаю никакого Шнура.

– Не знаешь, так будешь знать.

– Ну что ж, буду знать. Шнур, это тот человек, который мешает мне ехать домой... Он, наверное, хочет познакомиться со мной?

– Хочет. Очень хочет.

– А вот я с тобой не хочу.

– Это еще почему?

– Потому что у меня есть муж. И вообще... Слушай, Шнур, тебя еще раз послать?

Или эта женщина была совсем не въезжающая, не знала, с кем имеет дело. Или она чересчур уверена в себе... Похоже, и то и другое.

– А тебе еще раз про базар напомнить? – сквозь зубы процедил Шнур.

– Ты машину уберешь или нет?

– Нет!

Она села в машину, завела мотор, передними колесами переехала через низкий бордюр и дала задний ход, объезжая джип.

Если она хотела обидеть Шнура, то она его обидела. Он скрипел зубами от злости, наблюдая за ее маневрами.

Что за день у него сегодня. Все его боятся, все от него бегут. Эта не боится, но все равно бежит... Думает, что от него так просто убежать. Ошибается...

Глава 4

Поплавок нырнул под воду, вынырнул и снова ушел, на этот раз глубоко и вбок. Все, добыча на крючке, можно тянуть.

Карасик был небольшим, в ладонь и по длине и по ширине. Но все равно так приятно было ощущать, как трепещет на леске рыбья тяжесть...

Когда-то Тимур ловил других карасей, двуногих и толстобрюхих. Это была пора его боевой молодости. Доблестью это не назовешь, слава на этом поприще темная. Но что было, то было. Рэкет, «крыши», «стрелки», разборки, кровь. Тяжелое было время, смутное. И он сам был тяжелым и смутным. Лбом и кулаками прокладывал себе дорогу в будущее. Вожак волчьей стаи, бригадир, центровой крупного криминального сообщества. И, наконец, воротила нефтяного бизнеса.

Он многого добился, высоко поднялся. Власть и богатство – может, это и суета сует, но в высоких сферах Тимур чувствовал себя как рыба в воде. И так не хотелось, чтобы тебя брали на крючок и вытаскивали на сушу. Но так уж вышло, что его бизнес решила прибрать могущественная финансово-промышленная группа с крутыми завязками в кремлевских верхах."

"Кодлан еще тот, на вершине пирамиды белые воротнички, в основании – черные куртки и бритые затылки. Такую структуру принято называть мафией. Что ж, пусть это будет мафия, Тимур не против. Только мафия, говорят, бессмертна.