Комплекс хорошей девочки

Фасад отеля, в отличие от интерьера, почти цел, отсутствует лишь черепица на крыше, а все вокруг заполонили заросли.

– Какие у тебя планы на этот отель? – спрашивает Купер, когда мы заглядываем за стойку регистрации.

Старомодная гостевая книга, на обложке которой золотыми буквами вытиснена надпись: «Отель Маяк», до сих пор лежит на полке с ключами от номеров. Одни потерялись, другие все еще на крючках.

– Прежняя владелица озвучила одно требование: «Не разнеси его по кусочкам и не возводи на его месте уродливую многоэтажку».

– Я постоянно приходил сюда в детстве. Мы с Эваном забирались в здешний бассейн, болтались в пляжных домиках, пока нас не выгоняли. Стеф работала здесь несколько лет, пока училась в старшей школе. Я помню всю старую древесину и медную фурнитуру.

– Я хочу полностью восстановить его, – объясняю я. – Спасти как можно больше. Для всего остального использую винтажный антиквариат.

Купер издает низкий свист.

– Дорогое удовольствие. Мы говорим о вишневой мебели, которую нужно будет делать на заказ. Светильники своими руками. Тут нужна каменная плитка для пола и столешницы, которые больше не производят, разве что небольшими партиями.

Я киваю.

– И я уже знаю, что электрика вышла из строя. Да и гипсокартон тоже придется выбросить.

– И все же, я думаю, этот отель нельзя списывать со счетов. – Он идет через вестибюль к парадной лестнице, где проводит рукой по перилам с замысловатой резьбой. – При правильном подходе и достаточной сумме у него определенно есть потенциал.

– Правда?

– О да. Полно потенциала."

"– Знаю, прозвучит глупо, – я сажусь на ступеньку, – но, когда я впервые заметила этот отель, у меня в голове сразу возникла четкая картинка. Гости сидят на веранде в креслах-качалках, потягивают вино и смотрят, как накатывает волна. Я так ясно это представила.

– Это вовсе не глупо.

Купер садится рядом со мной.

Я не чувствую враждебности с его стороны, будто мы снова почти друзья. За исключением того же магнетического притяжения, которое испытываю при его виде – я мечтаю провести пальцами по его волосам.

– Когда я кладу кусок дерева на свой стол, у меня вообще нет плана, что это будет. Я просто сижу и смотрю на него. Жду, пока он покажет себя. Затем образ все отчетливее выстраивается в моем сознании, и я следую за идеей.

Я кусаю губу.

– Мои родители этому не обрадуются.

Теперь не требуется много времени, чтобы вывести отца из себя. По большей части это из-за стресса на работе, но кажется, словно он постоянно с чем-то сражается. Наверное, именно от него я получила это качество. Но проблема в том, что, когда он проигрывает битву, его разочарование, как правило, отражается на мне.

– Кого это волнует? – усмехается Купер.