Комплекс хорошей девочки

– У тебя был шанс. – Слезы неумолимо катятся по ее щекам. – Ты мог рассказать мне обо всем много месяцев назад. У тебя был миллион возможностей, включая тот день, когда мы разговаривали с Престоном. Ты мог сказать, что знаешь его, что по его указке тебя уволили. Но ты промолчал и вместо этого позволил всем смеяться надо мной у меня за спиной. – Мак вырывает свои руки из моих и вытирает слезы. – Я могла бы за все тебя простить, если бы ты не солгал мне прямо в лицо. Должна отдать тебе должное, Купер. Ты отлично сыграл. И заставил всех, кого я считала друзьями, солгать. Засунул меня в этот идеальный стеклянный домик из дерьма для вашего развлечения.

– Маккензи… – Я словно хватаюсь за ниточку, которая выскальзывает из моих пальцев. С каждым вздохом Мак отдаляется от меня. – Позволь все исправить.

– Нечего исправлять. – Ее выражение лица теперь напоминает маску. – Я зайду в дом собрать свои вещи и уберусь отсюда. Потому что это единственное, что мне осталось. Не пытайся меня остановить.

Затем она поворачивается спиной и исчезает за отблеском огня.

Наступает гробовая тишина.

– Забудь, что она сказала, – выпаливает Эван, толкая меня в плечо. – Иди за ней.

Я смотрю в пустоту.

– Она этого не хочет.

Я знаю Мак достаточно хорошо, чтобы понять, когда она принимает окончательное решение. Все, что я сейчас сделаю, только прогонит ее быстрее и усилит ненависть ко мне. Потому что она права: я повел себя дерьмово, когда встретил ее. И я не сделал ничего, чтобы доказать обратное.

– Тогда я пойду, – рычит Эван, отмахиваясь от моей попытки остановить его.

Неважно.

Он не изменит ее решения. Она уходит.

Уже ушла.

Все остальные медленно расходятся, пока я не остаюсь на пляже в полном одиночестве. Я опускаюсь на песок и сижу так, потеряв счет времени, пока костер не превращается в холодные угли. Эван не возвращается. Нет смысла рассказывать мне то, что я и так знаю. Солнце уже выглядывает из-за волн, когда я наконец плетусь обратно к дому через остатки несостоявшейся вечеринки.

Дейзи не бежит навстречу, когда я захожу внутрь. Ее миски с водой нет на кухне. Половина шкафа в моей комнате пуста.

Я падаю на кровать и смотрю в потолок. Чувствую онемение. Пустоту.

Вот бы знать еще тогда, в самом начале, как тяжело будет скучать по Маккензи Кэбот.

Глава сорок вторая

МАККЕНЗИЯ всю жизнь прожила без Купера Хартли. А теперь, проведя шесть месяцев вместе, я уже не знаю, каково это было – не знать его. Шесть месяцев и минуты, которые превратили все это в ад.

Один подслушанный разговор.

Одно роковое признание.

Мое сердце онемело. Так быстро. Словно задуть спичку.