Королевство серебряного пламени

– Куда мы направляемся? – спросила Неста у струи теплого воздуха.

К счастью, в библиотеке было пусто. Ушли даже «совы», и потому никто не видел, как она спешит вдоль зеленой дорожки, спускаясь по пандусу все ниже и ниже. До самого седьмого яруса.

Дорожка обрывалась на границе сумрака и тьмы. Неста резко остановилась.

В темноте мелькнул огонек. Потом еще один и еще. «Иди дальше, не бойся», – говорили ей огни.

Неста поглубже вдохнула и углубилась в темноту.

Огоньки оказались маленькими свечками, какие ставят на стол во время чайных церемоний. Однажды она вместе с Фейрой спустилась сюда и столкнулась с ужасами.

От той поры не осталось и следа. Только перемигивающиеся огоньки, звавшие ее спуститься на самые нижние ярусы. На самое дно.

Неста продолжала спускаться, пока не очутилась на дне. Там горел небольшой фонарь, тускло освещая ближайшие ряды книг. Остальные тонули в темноте.

С колотящимся сердцем Неста взяла фонарь и стала всматриваться в темноту. Сюда не проникал фэйский свет библиотеки. Это было сердце мира. Сердце бытия.

Сердце Дома.

– Значит… – Ее пальцы плотнее сжали ручку фонаря.

 – Эта тьма и есть твое сердце.

В ответ Дом бросил к ее ногам сосновую веточку.

– Подарок ко Дню зимнего солнцестояния. Для меня.

Ей показалось, как теплая рука провела по ее шее.

– Но твоя тьма… – От удивления ее голос звучал мягче обычного. – Ты пытался мне это показать. Показать другим… кто ты есть в своих потаенных глубинах. Показать то, что не дает тебе покоя. Ты пытался показать им все эти темные, сломанные куски, потому что жрицы, Эмери и я… Мы такие же, как ты.

У нее сдавило горло. Дом сделал ей изумительный подарок.

Подарил знание.

Она подняла фонарь повыше и задула пламя, позволив тьме окружить и окутать ее.

– Я не боюсь, – прошептала она в темноту. – Ты – мой друг и мой дом. Спасибо, что поделился этим знанием со мной.

И вновь Неста ощутила призрачное прикосновение. Дом погладил ей шею, щеку и лоб.

– С Днем зимнего солнцестояния, – сказала она этой прекрасной, хрупкой темноте.

57"

"В былые годы Кассиан с нетерпением ждал Дня зимнего солнцестояния. Причин для этого хватало, начиная с трехдневной попойки в кругу семьи и кончая веселым сражением на снежках с назваными братьями.

После снежного побоища они парились в березяке – иллирианской бане – и продолжали пить, пока все трое не падали и не засыпали как попало. Однажды он проснулся… блондином и не сразу сообразил, что на нем парик. Только парик и гирлянда из хвойных веточек, повязанная вокруг чресел на манер набедренной повязки. От гирлянды у него возник дикий зуд вокруг причинного места, но это были пустяки по сравнению с тяжелым похмельем.