Королевство серебряного пламени

Эмери укрыли плотным шерстяным плащом Бальтезира, как звали иллирианца. Неста одела Эмери в доспехи убитого Навуса, оставив себе лишь кожаную куртку. Вопреки всем доводам здравого смысла, она позволила Бальтезиру сесть рядом с нею. Его тепло согревало ее озябшее тело.

– Когда рассветет, чтоб тебя здесь не было, – заявила она, вдыхая запах прелых листьев, которыми была набита пещера.

– Если мы переживем ночь, я с радостью уйду, – ответил Бальтезир. – Но здешние звери могли учуять кровь твоей подруги и по следу выйти к пещере.

Неста посмотрела на молодого воина.

В темноте ей был виден лишь его силуэт.

– Что ж ты еще днем не пошел к Рамиелю, убивая всех, кто тебе встретится?

– Я хочу достичь горы и стать ористианцем. Но если мне встретится тот, кого я не прочь убить, я это сделаю без колебаний.

Они умолкли. Прошло совсем немного времени, и снаружи захрустели ветки.

Бальтезир напрягся, его дыхание сделалось бесшумным. В кромешной темноте пещеры единственными звуками был шелест их одежд и листьев, на которых они сидели.

Снаружи раздался вой. Неста дернулась и еще крепче прижала к себе Эмери.

Но вой и хруст веток стали удаляться.

Бальтезир облегченно вздохнул.

– Это лишь первый, – прошептал он. – Они будут шастать до самого рассвета.

Неста не желала знать, какие звери водятся в здешних местах; особенно когда издалека стали долетать крики.

– Некоторые умеют лазать по деревьям, – продолжал Бальтезир. – Глупые воины забывают об этом.

Неста хранила молчание.

– Я буду сторожить первым, – предложил иллирианец. – Отдыхай.

– Ладно, – ответила она, но закрывать глаза не стала.

Всю ночь Неста не сомкнула глаз. Если Бальтезир догадывался, что она не спит во время его дежурства, он промолчал.

Пока он дежурил, Неста выполняла упражнения по успокоению ума. Это прогоняло тревожные мысли, но не до конца.

Хруст веток под лапами и когтями шатающегося зверья, а также крики иллирианцев не смолкали несколько часов подряд.

Потом Бальтезир толкнул ее коленкой. Неста сделала вид, что проснулась. Иллирианец шепнул, что вздремнет, и прислонился к ней. Неста не возражала. Тепло его тела не подпускало к ней холодный воздух пещеры. Ровное дыхание могло свидетельствовать о его сне или об игре в сон.

Несте было все равно.

Она не закрывала глаз, даже когда в них началась резь от бессонницы, а веки потяжелели. Нет, она не позволит себе разомлеть в тепле от тел ее спутников и уснуть. Она не заснет и ни на минуту не утратит бдительности.

Начало светать. Обозначились щели между ветвями. Крики и вой стихали, пока совсем не исчезли. В сумерках Неста осмотрела рану на голове Эмери. Та больше не кровоточила. Но…

– Сегодня ты сможешь раздобыть много одежды. – Бальтезир словно прочитал ее мысли.