Коварный обольститель

Пока леди бережно высаживали из колесницы, приветствовать своих эксцентричных гостей-англичан вышла мадам Бонне, немедленно принявшаяся выражать столь неподдельный восторг красотой миледи и ее очаровательного маленького сынишки, что Ианта сразу же прониклась расположением к небольшой уютной гостинице. Эдмунд, недоверчиво глядя на мадам, попытался было спрятаться за Фебу, но, стоило из дверей гостиницы выскочить щенку, чело малыша чудесным образом прояснилось и он заявил:

– Мне здесь нравится!"

"Здесь понравилось всем, за исключением сэра Ньюджента. Гостиницу ни в коем случае нельзя было назвать роскошной, однако она отличалась чистотой и каким-то домашним уютом. И пусть в буфетной стояли простые лавки да несколько очень жестких стульев, зато спальня Ианты окнами выходила на небольшой садик, отчего в ней казалось покойно, что, как наивно заметила леди, только и было значимо для нее. Более того, мадам, узнав о том, что ее милости нездоровится, не только предоставила в ее распоряжение собственную перину, но и приготовила для нее травяной отвар. Да и вообще она настолько преисполнилась сочувствия к Ианте, что несчастная страдалица, невзирая на головную боль и ломоту в руках и ногах, оживилась и даже потребовала, чтобы к ней привели сына, дабы он поцеловал свою мамочку перед сном. Мадам заявила: подобная сцена пробуждает в ней белую зависть и, когда она видит ангельские лица миледи и ее очаровательного маленького сынишки, в памяти ее сразу же всплывает дивный образ Святой Девы Марии.

Правда, эту идиллическую картину нарушила Феба. Войдя в комнату Ианты, девушка заявила – она не привела с собой Эдмунда, поскольку подозревает, что его любящую мамочку свалило не что иное, как приступ инфлюэнцы[73].

– И, если он заразится ею от вас, особенно после всего, что ему довелось вынести, это будет уже чересчур!

Ианта, одарив ее слабой, страдальческой улыбкой, сказала:

– Вы совершенно правы, мисс Марлоу. Мой бедный сыночек! Поцелуйте его за меня и передайте – мамочка думает о нем каждую минуту!

Феба, знавшая, что Эдмунд беззаботно играет со щенком, сказала:

– О да! Непременно передам, если он станет спрашивать о вас! – после чего удалилась, оставив Ианту в куда более приятном обществе ее новой обожательницы.

На следующий день к одру больной вызвали врача. Он подтвердил диагноз Фебы и после легчайшего намека заявил: людям со столь нежной конституцией, как у миледи, требуется полный покой и уход, ей ни в коем случае нельзя переутомляться.

– Что ж, полагаю, мы застряли здесь не меньше чем на неделю, – предположила Феба, когда они вместе с Томом, захватив с собой Эдмунда, отправились покупать для мальчика белье.