Красиво разводятся только мосты

Никто не устраивает из этого скандалы, не бьётся в истерике по телевизору. Да это больно, это горько, это трагедия и невосполнимая утрата, но устраивать травлю и вот такое образцово-показательное линчевание врача, зачем?

Демьян сидел, закинув ногу на ногу, в отведённом для их компании секторе и также листал в телефоне статьи, время от времени поглядывая в пустой до обеда зал легкоатлетического манежа, где и проходил фестиваль.

Фестиваль, съезд, форум, выставка, ярмарка, алкосаммит, как ни назови, всё одно — мероприятие, на котором наливали, развлекали и вкусно кормили — ходи пробуй!

Витёк разливал напитки, тёр бутылки, наводил порядок — они с Демьяном приехали первыми — готовились к наплыву посетителей, обязательному в любой день выставки.

— Какое событие или видео станет вирусным — не угадаешь, — философски ответил Витя, так тщательно стирая с бутылки отпечатки пальцев, словно уничтожал следы преступления. — Возможно, сначала оно вышло рядовым сообщением, но вызвало неожиданный интерес, и тут уже СМИ постарались, подхватили, раздули, устроили сенсацию.

— Вот слушай. «Они мнят себя первыми после бога, и любую преступную оплошность называют врачебной ошибкой, но засудили бы одну, посадили другого и остальные перестали считать себя неприкасаемыми», — зачитал Демьян с экрана.

— Вообще-то «первым после бога» на боевых кораблях называют командира, даже фильм такой есть, так что тут это вообще не к месту, — взялся за очередную бутылку Витёк. — Да и случаев обвинительных приговоров, что выносят врачам не так уж мало, насколько я знаю. Моя тёща — врач, так она всегда говорит пациентам: «Я пишу в карте не для вас, а для прокурора». Она, кстати, тоже сильно удивилась, что раздули. Тем более частная клиника. Могли бы молча заплатить, разрешилось бы тихо мирно, никто и не узнал.

Демьян очередной раз задумался о Романовском: его же клиника, как он допустил?

— Может, родственники не захотели? — предположил вслух. — Может, они этого и добивались — скандала?

— Скандала и денег? — усмехнулся Витя. — То есть и рыбку съесть, и на теплоходике покататься? Странные люди. У них дочь умерла, а они из этого шоу устроили, ещё и нажиться хотят.

— А я считаю правильно. Уж, простите, что вмешиваюсь. Приветствую, коллеги, — завернула к ним из соседнего «загона» женщина, что привезла на выставку сидр и представилась Татьяной. — Правильно, что на врача в суд подали. Пожадничала тут явно врач, а не родственники. Вы видели, сколько стоит эта рукавная резекция? — качнула женщина объёмными бёдрами, уперев руки в крутые бока. — От трёхсот тысяч до миллиона в разных клиниках. И по квоте её не делают. Хочешь похудеть быстро и эффективно — плати.

— Ну, вы сейчас наговорите, — вышла из другого павильона его хозяйка Виолетта.