Кречет (СИ)

Полчаса, и наше число возросло вдвое, после чего нас пригласили в центральный зал, где проводятся торжественные мероприятия эскадры, а так же балы, которые даёт адмирал.

В строй нас ставить не стали, а рассадили на стулья, выставленные рядами. Вызывали по одному к трибуне,где адъютант командующего зачитывал краткое описание деяния за которое следовало награждение. Находилась она на возвышении, чтобы все видели процесс награждения. В сторонке пристроилась стайка репортёров и представителей новостных каналов.

Признаться, я не ожидал, что все мы окажемся удостоенными боевых наград.

Империя ведь не воюет. И тут вдруг более сорока отличившихся. И это только наша эскадра. Так что же творится в системе Глизе? Мир здесь или тлеет фитиль войны?

Помнится на присяге мне было как-то наплевать на торжественность момента. Я полагал, что главное это контракт, а остальное всего лишь навсего прилагающаяся бутафория. Но вот когда дело дошло до награждения…

Этот крест не побрякушка и не нарядная цацка из драгоценного металла. У него есть определённая цена. В нём мой страх и едва не случившаяся паника, он является напоминанием мне о том, что спасая жизни экипажа, я убил своего товарища.

Когда мне прикалывали его на грудь, к горлу подступил ком и едва не скатилась предательская слеза.

Когда начали разносить бокалы с игристым вином, я взял один из них, и замахнул благородный напиток одним большим глотком.

— Не дело так пить вино, боец, — послышался рядом чей-то голос.

Я обернулся и увидел майора десантника, награждённого сегодня орденом Святого Георгия четвёртой степени, и с планками двух тяжёлых ранений на груди.

Я невольно подобрался и вытянулся по стойке смирно.

— Вольно, боец, не на плацу. Вспомнил кого?

— Товарища. Меня вот к ордену, а он погиб от подорванного мною инженерного заряда.

— Выход иной был?

— Не знаю. Все говорят, что не было, только мне от этого не легче.

— Вот и не грузись, парень. Держи, — он ткнул меня в бок и я увидел тускло блеснувшую фляжку. Майор подмигнул мне и сказал, — Помяни, и живи дальше.

Я приложился к горлышку, сделав небольшой глоток крепкого коньяку. Напиток обжёг гортань, и тёплым комом спустился по пищеводу.

Как ни странно полегчало. Не от того, что подействовало спиртное. Там его и было-то, всего ничего. Наверное причина в этом незнакомом офицере, который всё понял, и не мудрствуя лукаво просто поддержал.

— Спасибо, товарищ майор.

— Порядок, сынок, — вновь подмигнул он мне, и отошёл в сторону.

— Клим! — раздался за спиной знакомый голос.

Я обернулся, не веря в происходящее, но факт остаётся фактом, на меня смотрела улыбающаяся сестрица, княжна Анастасия Кречетова собственной персоной.