Крымская ракета средней дальности

Казалось, что пол демонстрирует нам свой крутой нрав: то он, подобно разъяренному быку, пытался сбросить нас со своей спины, то вдруг резко уходил вниз, и наши ноги едва не отрывались от ковровой дорожки.

– Спать будете здесь, – сказал капитан, толкнув дверь одной из кают.

– Господи, как я ждала этого, – прошептала Ирэн, переступая порог и глядя на уютное, обшитое деревом гнездышко с двумя подвесными полками, аккуратно застеленными голубыми простынями и толстыми верблюжьими одеялами, столиком у иллюминатора, миниатюрным рукомойником, большим зеркалом в резной раме и встроенными шкафчиками.

– Гальюн и душ в торце коридора, – сказал капитан. – Вы в море желаете сейчас выйти? Или, может быть, дождемся утра?

– Сейчас, – ответил я.

– Тогда я попрошу тебя помочь мне поставить штормовой кливер, – требовательным голосом, исключающим отказ, сказал капитан и пошел наверх.

Ирэн села на полку, ощупывая одеяло. Она с трудом боролась со сном.

– Сейчас, – произнесла она. – Потерпи немного… Я только приму душ и начну готовить ужин.

– Какой ужин! Второй час ночи! Раздевайся и ложись!

– Хорошо, хорошо, – прошептала Ирэн.

– Плевать на завтра! Не думай о нем! Не будет его! – сказал я и прикоснулся ладонью к ее щеке. Она полыхала, словно Ирэн долго прижималась щекой к горячей грелке. – Ложись, я принесу тебе коньяку. И спрошу капитана, может, у него есть мед.

Я вышел в коридор и прикрыл за собой дверь. Довел девчонку до бедственного состояния! У нее жар, она засыпает на ходу!

Капитана я нашел на носу.

– Ну-ка, хватайся за снасть и по моей команде тяни на себя, – сказал он.

Раксы, увлекая за собой парус, с мелодичным переливом заскользили по веревке. Слабый ветер, как заскучавший пес, тотчас нашел новую забаву и, играя, стал полоскаться в поднимающемся к верхушке мачты кливере. Качка усилилась. Нос яхты с устремленным в открытое море бушпритом был подобен рыцарю, вооруженному пикой.

– Красивая у тебя девчонка, – сказал капитан, связывая конец снасти хитроумным узлом. – И любит тебя – будь здоров!

– Ладно тебе! – махнул я рукой. – Мы недавно познакомились.

– Ты мне на этот счет байки не рассказывай, – возразил капитан и хлопнул меня по плечу. – У меня глаз наметан. Я же вижу, как она с тобой обращается, как на тебя смотрит… Слова, жесты и взгляды влюбленной женщины подделать невозможно. Она сама их не замечает, потому как все происходит помимо ее воли.

Он встал за штурвал и принялся разворачивать яхту носом на маяк.

– Открой-ка крышку ящика, что у тебя под ногами, и вытащи бутылку, – сказал капитан. – Плохо идем… Волна сильная, а ветра нет.