Крымская ракета средней дальности

– Прошу приготовить паспорта, сейчас начнется разбор полетов, – пробормотал капитан, выбрасывая пустую бутылку за борт. – Если они попросят лечь на палубу, прошу прощения, мордой вниз, то советую не сопротивляться. Я этих ребят знаю. Как-то я по ошибке пришвартовался к яхте английского миллионера… До сих пор переносица болит…

Ирэн убрала обороты, закрепила штурвал, подошла ко мне и села рядом.

– Скажем, что увидели падающий самолет, поплыли на помощь и не заметили, как пересекли границу, – произнесла она, не сводя глаз с катера. – А твой паспорт нечаянно выпал из джинсов и утонул, когда ты искал уцелевших пассажиров.

Форсмажор. Нас должны понять и простить.

Катер покачивался на волнах метрах в пятидесяти от нас. На его борту не было заметно никаких признаков жизни. Тонированные стекла отражали солнце, ослепляя нас.

– Что-то они не слишком торопятся, – сказал я.

– Согласовывают свои действия с начальством, – предположила Ирэн."

"Я встал, чтобы лучше рассмотреть катер, а заодно продемонстрировать властям, что не собираюсь предпринимать каких-либо противозаконных действий. И как раз в этот момент заметил над пластиковым скошенным бортом голову человека в узких черных очках, напоминающих женский ободок для волос, и повязанную черным платком-банданой.

Голова появилась всего на мгновение, а вслед за этим прогремела длинная автоматная очередь. Если бы в этот миг яхта не скатилась с волны и я вместе с ней не ухнул вниз, то стала бы моя башка похожа на головку дырчатого голландского сыра. Пули просвистели надо мной и, словно злые псы, вмиг искусали и измочалили остаток мачты.

Я рухнул на палубу, как советовал мариман, мордой вниз, и тотчас почувствовал на затылке пальцы Ирэн.

– Господи, Кирилл, что это значит?!

– Э-э-э! – заорал капитан. – Хлопцы! Вы что там, совсем ополоумели?! Мы ж свои!!

Автоматная очередь немедленно отозвалась на голос, словно сторожевая собака. Грубые, сильные и злые пули прошлись по доскам палубы, выбивая из них щепки, разметали заветный ящик капитана и швырнули в воздух мелкие осколки стекла и брызги самогона. Зловонная лужа стала растекаться по палубе.

– Е-мое… е-мое, – забормотал вмиг протрезвевший капитан и на четвереньках пополз к люку в камбуз.

 – Кажись, это не погранцы…

Я вскочил на ноги и кинулся к штурвалу, чтобы дать «полный вперед», но не успел сделать и двух шагов, как снова рухнул на палубу. Вокруг меня вспыхнул фейерверк из щепок. Пули, словно слепые и смертоносные насекомые, роились, впивались куда попало, разбивая и разрывая все подряд, что находили. Но им было нужно мое тело, они искали меня. Они бесились от злобы, дырявя мертвые предметы, они чувствовали, что я где-то рядом, и пронзительно свистели в предчувствии крови.