Крымская ракета средней дальности

«Лендкрузер» ехал медленно, километров сорок в час, не больше. Я притормозил, чтобы не сближаться с ним. Он свернул на Луговую, причем не включив поворотных огней. Я устремился за ним. Улица темная, без какого бы то ни было освещения. Красные огоньки вдруг стали быстро удаляться. Я сильнее надавил на педаль газа. Мое тело сотрясала дрожь волнения. Человек, который столько времени отравлял и терроризировал мою жизнь, был рядом, в каких-нибудь пятидесяти метрах от меня. Я готовился к схватке, к жестокой драке. Выпитый коньяк придавал мне решительности. Я пошарил рукой под сиденьями и нашел противоугонный костыль для блокировки руля.

Джип свернул на Некрасовскую. Несколько секунд я его не видел и, чтобы быстрее домчаться до поворота, погнал «жигуль» во всю мощь. Едва вписался в поворот и чуть ударился передним колесом о бордюр. Где же джип? Вот он, впереди, совсем близко. Но почему стоит, слившись с тенью от кустов? Он проверяет меня – проеду ли я мимо него или же тоже остановлюсь.

Я остановился и погасил фары. Правая рука крепко сжала набалдашник на рычаге передач.

Но джип вдруг сорвался с места и, быстро набирая скорость, помчался вперед. Я тотчас вдавил в пол педаль газа и сбросил сцепление. Старенький «жигуль», окутав себя сизым дымом, побежал вдогон. Если вдохнуть в него жизнь, он превратится в старого охотничьего пса, который, высунув язык от усердия, изо всех сил старается доказать хозяину, что еще на что-то пригоден.

Джип не остановился у красного светофора и на полном ходу пересек перекресток. Я проделал то же, хотя мог поплатиться за эту смелость. Несмотря на поздний час, на перекрестке было еще полно автомобилей, и я чудом разминулся с «Газелью». Кто-то орал мне вслед, но я смотрел только на красные габариты. Это была моя цель, и я несся на нее словно снаряд с самонаводящейся головкой. Не было уже никаких сомнений, что убийца заметил преследование и пытался оторваться от меня.

Мы выехали за пределы города. Увлекшись погоней, я потерял ориентацию. Джип слишком часто менял направление, а у меня не было времени крутить по сторонам головой и читать названия улиц. Теперь мы ехали по бугристой дороге, присыпанной гравием, которая круто поднималась в горы. Тягаться здесь с внедорожником было наивно и смешно, как если бы соревновались мотоциклист и велосипедист, но «Лендкрузер» хоть и отрывался от меня, но подозрительно медленно.