Крымская ракета средней дальности

 – Тебе срочно в больницу надо!"

"– Ага, сейчас поеду! Да любой фельдшер сразу поймет, что это след от пули, и сразу сообщит в милицию.

– Вляпались мы, ах как вляпались!

– Открой же ты, наконец, аптечку и перестань скулить! – прикрикнул я, но без злости и даже весело. А почему бы не радоваться? Карты раскрыты! Убийца обнаружил себя. Да, он ездит на черном «Лендкрузере». И он боится нас.

– Тебе больно? – бормотала она, открывая пластиковую коробочку с красным крестом и вываливая ее содержимое на капот. – Потерпи, миленький… Сейчас…

Кроме бинта и нескольких упаковок таблеток от головной боли, в аптечке ничего не было.

– Водкой промой и забинтуй, – предложил я. – Заживет, как на собаке.

– Ах, дура я, дура, – причитала Ирэн. – Хотела же аптечку собрать! Еще вчера об этом думала…

Она стала лить водку мне на рану, а я скрипел зубами и морщился от боли. Если бы Ирэн облила мою руку крутым кипятком, то, наверное, я испытал бы похожие ощущения.

– Негодяй, негодяй! – шептала она, старательно бинтуя рану. – Кто же это был? Ослепил фарами, чтобы мы ни номер, ни марку машины не заметили. Но мне показалось, что это был джип.

Но я не верил в случайности. Особенно сегодня. Тот, кто стрелял, хотел убить именно меня и Ирэн. Он направил на нас свет фар, а потом несколько мгновений, боясь ошибиться, выжидал. И лишь потом начал палить. Если это был тот самый человек, который сегодня убил дамочку, то нельзя сбрасывать со счетов проявляющуюся закономерность. Сначала убийца расправился с дамочкой, которая зашла к нам в агентство, затем подбросил мне пистолет, чтобы упрятать меня за решетку, и вот только что попытался отправить нас на тот свет.

Ирэн надорвала конец бинта и завязала узелок. Потом полюбовалась на свою работу, что-то подправила и сказала:

– Голова не кружится?.. А слабость чувствуешь?.. Все равно едем ко мне домой! Там хоть зеленка и стрептоцид есть.

Она командовала мной с удовольствием. Для Ирэн сейчас было важнее самой заботиться обо мне, нежели чтобы я заботился о ней. Женщине проще продемонстрировать свою любовь и жертвенность слабому, больному или раненому мужчине.

– Ирэн, к тебе мы не поедем, – сказал я. – Не испытывай судьбу. Этот человек так просто не оставит нас в покое и постарается довести дело до конца. И ему совсем нетрудно будет узнать твой домашний адрес.

Ирэн растерянно рассматривала мою рубашку с окровавленным рукавом.