Лед. Кусочек юга

Пальнул метров с десяти, и все же тварь каким-то невероятным образом разминулась с первым зажигательным зарядом, и лишь вторая порция дроби попала по лапам и помешала затеряться среди деревьев. Я выстрелил еще дважды, а потом Напалм шумно выдохнул и метнул в кикимору огненный шар размером с бейсбольный мяч.

Ослепительный всполох едва не разорвал тварь надвое, но даже так изувеченная и обожженная кикимора упорно цеплялась когтистыми лапами и ползла в лес, пока Напалм не подступил сзади и усилием воли не вскипятил ей мозги.

– Да! – рявкнул пиромант, тяжело опираясь на деревце.

 – Достал! Я мегабосс!

– Это была командная работа, – укорила его Вера, перезаряжая револьвер.

– Точно! Мы отличная команда! – признал Напалм. – Мы с тобой!

Я только посмеялся и вытащил из петли на поясе топор.

Голова кикиморы сама себя не отрубит…

3Грунтовку отыскали легко – все это время мы убегали от кикиморы вдоль ее обочины. Совсем немного прошли по лесу, продрались через густые кусты и вывалились на открытое пространство. Но – не сразу.

Сначала валькирии распотрошили разорванное тело, выискивая внутренние органы кикиморы и почем зря костеря при этом переборщившего с силой удара пироманта.

Я не слушал их и набивал пустые магазины, заодно вел подсчет зажигательным зарядам; оставалось их не так уж и много. Напалм и подавно не обращал на ворчание ведьм никакого внимания: правая кисть пироманта сильно опухла, не удалось даже снять перчатку, и Вера одну за другой сделала мужу сразу две инъекции. После этого Напалм обессиленно опустился на землю и сунул руку в снег. Хорошо хоть благодаря заблаговременно принятому абсорбенту обошлось без волдырей и ожогов.

– Все бы тебе огненными шарами кидаться! – усмехнулся я, закончив с патронами. – Иногда и головой пользоваться стоит!

Напалм лишь вяло отмахнулся и вопреки обыкновению отшучиваться не стал.

– Эх, жизнь моя жестянка… – только и пробормотал он и отвернулся.

Наконец валькирии закончили свежевать кикимору, мы выбрались на дорогу и зашагали ко второму на сегодняшний день окну. Настроение у всех было подавленное, да и вымотались изрядно. Шли без всякой спешки, внимательно поглядывая по сторонам.

Очень скоро я уловил присутствие силовой линии, которая протянулась в нужном направлении, и окончательно уверился, что Смирнов не ошибся со своими расчетами и на этот раз.

Когда дорога вывернула из леса к закопченным руинам, солнце уже начинало клониться к горизонту, но никто торопить меня с осмотром развалин не стал. Вера оглядела дома в оптический прицел карабина и не заметила никакого движения.

Мы расположились на небольшой сухой полянке у самой опушки, развели костер и подвесили над огнем котелок со снегом.