Лед. Кусочек юга

– Чтобы запустить цепную реакцию, окна надо заблокировать именно сегодня? Прежде чем рассосутся излишки магической энергии, так? А ведь их еще надо отыскать. Вряд ли ты справишься с этим без меня!

Координатор оскалилась.

– Решил поторговаться?

Я осторожно размотал косу Яны с кулака, отпустил ее и устало вздохнул.

– Окна должны были принести серьезные доход, а ты все испортила. На кой черт мне помогать тебе? Что ты предложишь взамен?

– В прошлый раз от денег ты отказался, ведь так?

Яна скрывала мою руку от Координатора, поэтому я без всякой опаски запустил пальцы в кармашек разгрузки.

– В прошлый раз мне сделали более выгодное предложение!

– Забирай вторую сумку с янтарем, – разрешила Лика. – Либо так, либо ничего!

Я сделал вид, будто раздумываю над этим предложением, затем кивнул:

– По рукам!

И сразу резко оттолкнул от себя Яну. Девушка от неожиданности взвизгнула и повалилась на перрон, а я шагнул к Координатору и швырнул в нее вытащенный из подсумка «хлопок». Навстречу ударила волна лютой стужи, но обжегшие холодом чары пронеслись мимо, не причинив никакого вреда, а брошенный в лицо ведьмы деревянный шар разлетелся на куски, в один миг вобрав в себя рассеянную в окружающем пространстве магию.

Грохнул выстрел, расплескалась по снегу красным простреленная голова, и Лика безжизненно рухнула навзничь.

Выгравированные на оружии руны померкли, и тут же зашелся в приступе кашля Напалм. Пиромант упал на колени, рванул ворот и скорчился, пытаясь отдышаться. Яна вскочила со снега и уставилась на мертвую валькирию.

– Ты убил ее?!

Я опустил руку с «ругером», но убирать его в кобуру не стал и обернулся к ведьме.

– Ну да, – подтвердил, глядя в широко распахнутые девичьи глаза.

– Просто взял и застрелил?!

– Ты вообще слышала, о чем мы разговаривали?

– Но она была одна из… – начала и сразу осеклась Яна.

Я усмехнулся.

– Одна из вас? Не совсем так, если только ты не присягнула Стуже. Она говорила о перевороте. На чьей стороне ты?

– На правильной! – отрезала ведьма и принялась обшаривать карманы покойницы. На миг оторвалась от этого занятия и предупредила: – Еще раз дернешь за косу, руки оторву!

Напалм прекратил отплевываться, дрожащей рукой сунул в рот папиросу и спросил:

– Что ты имеешь против предварительных ласк?

– Заткнись! – прикрикнула на него валькирия.

Пиромант уселся на снег, жадно затянулся и спросил:

– Что я пропустил?

– Нас кинули, – коротко ответил я и все же спрятал револьвер в кобуру.

Яна стягивала с покойницы ремень переброшенной через плечо сумки и, судя по всему, жаждой мести отнюдь не горела.