Лес на той стороне. Книга 1: Золотой сокол

У Дивины оказался настоящий нюх: не хуже собаки, собирающей стадо, она мигом согнала обратно к гати разбредшихся путников, и вскоре груз, толкаемый и влекомый почти сотней рук, двинулся по выправленной гати к Радегощу.

Дивина шла последней и что-то шептала, то притоптывая, то поворачиваясь, то пятясь. Никто из радегощцев словно не замечал ее занятия, и Зимобор только косился, но ни о чем не стал спрашивать. Понятно было, что дочь знаменитой травницы и сама многое умеет.

Наконец впереди показалась река, последние расползающиеся бревна гати спустились к песку. Оба струга благополучно столкнули в Выдреницу, бочонки и мешки перетаскали, люди с облегченными стонами опустили натруженные руки и выпрямили измученные спины.

– Ничего, тут теперь близко, а там в баню, и как новорожденные будете! – утешал их Крепень. – Баней-то мы и теперь богаты, за дровами далеко не ходить, воды тоже – хоть залейся! Давай, Горденя, за весло берись, видишь, люди устали!

Как видно, староста не привык жалеть свое могучее и непутевое дитятко, и Горденя, не споря, послушно взялся за весло.

– Как устроитесь, приходи, мы тебе отвар сделаем. – Дивина, оставшаяся на берегу, махнула Домораду. – Моя матушка кого хочешь на ноги поставит, вон люди не дадут соврать!

– Это точно, – закивали радегощцы.

– Смотри, отец, у тебя вон губы уже синие и дышишь, как будто струг на руках нес, – предостерегла девушка, окинув купца взглядом. – Заворачивай к нам, а то не было бы хуже!

После борьбы с гатью и блужданию по лесу Доморад и впрямь выглядел не лучшим образом: побледнел, дышал тяжело и невольно хватался за сердце.

– Иди-ка ты, отец, прямо сразу, а? – предложил Зорко. – Что я, сам людей и товар не устрою? И пошлину заплачу, за всем пригляжу, а потом к вам зайду. А ты иди сейчас, чего тебе ходить туда-сюда?

Слова его убедили купца, да тот и сам слишком устал и очень хотел поскорее на покой.

– Пожалуй. – Доморад устало кивнул. – Поезжайте, а я тут… с девушкой… – Он посмотрел на Дивину и улыбнулся сквозь одышку.

– Иди с ним. – Зорко глянул на Зимобора, которому стал доверять после двух совместно проведенных дней. – Помочь там, если что. А мы потом подойдем, как все устроим.

Зимобор спокойно кивнул, надеясь, что никто не заметит, как он рад.

Дивина повела их обратно по улице. На их дворе, кроме обычных построек – хозяйской избы, хлева, курятника, баньки, погребка, покрытого зеленым дерном, – имелась еще одна просторная изба – беседа, в которой зимой женщины собирались на посиделки. Летом, когда через Радегощ ездило много торговых гостей, ее использовали как еще один гостиный двор.