Личный трофей опального генерала-2

— Мы с Лешиком ляжем спать, — пробормотала Санька. — Только ты позвони мне, пожалуйста, — попросила она. — Я волнуюсь об Алене.

— Так, дамочки, — тяжело вздохнул Кирсанов. — Пятиминутная готовность. Кто не успеет, уеду один. Время пошло.

Он рванул обратно в спальню и, пока одевался, позвонил Крепсу.

«Где моя машина, твою мать? — прошептал он, ожидая ответа. — Развели богадельню! Небось опять во дворе на Автозаводской стоит, ждет, пока угонят».

И когда адъютант бодро отрапортовал «здравия желаю!», рявкнул не здороваясь:

— Дима, ты где?

— Я в Никифоровке, Бек, — отрапортовал Блинников.

— Ага, — облегченно выдохнул Кирсанов. — Я тоже через полчаса буду. Алена там, — тяжело вздохнул он. — Постарайся найти ее, Дим!

Кирсанов замер всего лишь на секунду. Поглядел на серое предрассветное небо и попросил всех святых спасти сестру.

«Убереги, Господи, — мысленно взмолился он и объявил на весь дом командирским окриком: — Лара, ключи возьми. Поедем на твоей.

Он несся по ночному городу не разбирая дороги, наплевав на правила дорожного движения, срезая углы и где попало пересекая двойную сплошную.

— Штрафы я оплачу, — пробурчал он, косясь на нахмуренную Ларку. Потом перевел взгляд назад на тетку. Бледная тетя Валя сидела вжавшись в кресло.

— Ты прямо как каскадер, Сереженька, — пробормотала она. — Где же ты так научился?

— На курсах кройки и шитья, — довольно хмыкнул Бек, выворачивая на трассу. — Скоро приедем, дорогие родственницы. Только почему мне никто не доложил о визите дяди Коли и что Ленка там одна осталась? — осведомился сурово.

— Мы о каждом чихе тебе сообщать должны? — нервно вскинулась Лариса.

— У Крепса служба — мне помогать. А не вам хвосты заносить. Наша семья его не касается, — пробурчал он, прекрасно зная, что если есть шанс спасти Алену, то Крепс им обязательно воспользуется. — У нас и так не жизнь, а какой-то ужас на крыльях ночи. Дневники, тайные встречи, скелеты в шкафу… — заметил он, заезжая в поселок. А когда через пять минут остановился около ворот, то сразу увидел до боли знакомую фигуру в черном одеянии и в камуфляжной куртке с генеральскими погонами.

«Алена, твою мать», — выдохнул Кирсанов и опрометью бросился к сестре и помощнику, стоявшим чуть в стороне от толпы."

"— Ты Димке позвонила, — довольно кивнул сестре Бек и, не удержавшись, сжал в объятиях.

— Сережа, нельзя, — прошипела матушка Пелагея. — И никому я не звонила. Вот придумал. Димочка сам приехал. Господь управил.

— Что вообще произошло? — вздохнула Лариса.