Лихие. Бригадир

Он снова и снова хихикал как полоумный, а потом заорал:

— Нас ведь положить могли сегодня! Положить на хуй! Штырь чудом уцелел! Парни!

Он повел по сторонам безумным взглядом и уставился на меня.

— Отходняк словил, — со знанием дела сказал Копченый. — Пацан еще. Водки бы ему. Есть у тебя?

— У меня нет.

Я встал со стула и пошел на кухню. У Витьки точно есть заначка, о которой знала его жена. Так и оказалось. Только не водка, а паточный самогон, вонючий, как солдатская портянка после марш-броска.

— Пей, Димон, — всунул я ему в руку стакан, а он начал хлебать, выбивая зубами какую-то затейливую мелодию.

Непривычен Китаец к смерти. Тринадцать человек за пару минут положить — это не урку забить сгоряча. Тут особый склад мозгов нужен. Как у солдат или бандитов. Ну да время такое. Если я правильно помню свою прошлую жизнь, крови в ближайшие годы будет столько, что хоть стены крась. Привыкнет…

* * *Парни разошлись по домам, а Копченый по просьбе Карася пошел проводить Китайца. Как бы чего не случилось. Штырь заснул в моей комнате, а Зоя быстро убралась за доктором и сунула мне листок с рецептами. Что давать Пахому и когда, график измерения температуры.

— Ему теперь отдыхать долго надо. Да и тебе тоже. Поспите.

— Спасибо тебе! — я клюнул соседку в щеку. В губы не решился. Да и ни к чему это.

— Как вас вообще угораздило в такое попасть? — спросила она зло, отворачиваясь от моих непрошенных ласк.

— Зой, тебе лучше не знать, поверь. Тебя это вообще никак не касается.

— А когда милиция с меня шубу снимать будет и в вещдоки ее сдавать? — поджала она губы. — Тогда меня это тоже касаться не будет?

— Ничего такого не случится! — твердо произнес я — Мы не наследили. Успокойся.

— Ладно, я спокойна, как танк, — скептически посмотрела на меня соседка. — Тигр. Под Прохоровкой.

Я покивал и пошел к себе. И там меня просто срубило. Помню, что разложил кресло-кровать, лег и провалился в черную дыру. Ни снов, ни кошмаров. Так и проспал примерно до обеда."

"Штырь не беспокоил, его тоже вырубило. Проснулся я около двенадцати, когда Витька был на смене, Зойка пошла на дежурство, а ее спиногрызы изводили воспитателя в детском саду. Тут и Пахом открыл глаза, и мы с ним поковыляли в обнимку до туалета. Жрать хотелось просто невыносимо, а в моем холодильнике хоть шаром покати.

Ну, надеюсь, Зойка меня не убьет. Я ее картошку съем, а потом новую пожарю. Пока я названивал братве и Фельдмаршалу в Москву, Штырь поел с большим аппетитом. Даже и не скажешь, что в нем вчера ковырялись. Повязка слегка промокла, но кровотечения не было.

— Ну что там? Все тихо? — Штырь допил чай. — Китаец отошел или дуркует еще?

— Тишина как на кладбище, — я начал мыть посуду. — Димас пошел на рыбалку с отцом. Слушай, я все еще никакой. Давай подавим подушку.

— Давай.