Лихие. Бригадир

— Они шлюхи, — презрительно скривился он. — Приличная девушка не пойдет с полузнакомым парнем. Эти пошли. Они шлюхи, грязь, позор своих родителей.

— Понятно, — сказал я, не желая втягиваться в этот бессмысленный спор. — Основной сейф где?

— Иди на хуй!

— Копченый, включай утюг!

Глава 20

Мы уходили быстро. Вся операция заняла меньше часа. Одежду, шапки, обувь и перчатки сожгли в железной бочке, которую оставили на городской свалке. Там же сожгли и колеса от буханки, а пистолеты разобрали и раскидали в разные стороны. На свалке всякого добра вагон, а мусоровозы похоронят наш след уже завтра утром.

Две спортивных сумки, набитых деньгами, вытащили из огромного сейфа, стоявшего за фальшпанелью в одной из комнат вахидовского замка. Именно они-то и были нашей целью. А теперь мы сидели в бане на окраине Москвы, которая в этот день объявила внезапный санитарный день. И санитарную ночь заодно… После такого нужно было как следует расслабиться. А что расслабляет лучше, чем баня, водка и продажные женщины? Они не делают нервы, зато делают совершенно другие вещи, способствуя отливу крови из воспаленной заботами головы. Как медицинские пиявки.

— Слушай, Серый, — спросил Карась, когда мы зашли в парилку, оставив баб за столом. — Ну, ты мозг, конечно! Респект и уважуха! Все как по нотам отыграли. Но, едрен батон, на хрена ты рядом с вахидовским бабьем коробку с будильником внутри поставил?

— Так мы им сказали, что там бомба, — лениво ответил Штырь, который потел на верхней полке. — И она тикает. Сказали, что если шевельнутся, то рванет. Бред, конечно, но они прониклись.

— А будильник на хрена завели? — не унимался Карась.

— А чтоб не расслаблялись, — хмыкнул Штырь, автор шутки года.

— Прикинь, лежишь ты связанный в подвале, рядом с тобой бомба тикает, а тут будильник Слава звонит. Не знаю, как у тебя, а у меня от него каждое утро инфаркт микарда. Этот звонок какой-то садист придумал.

— Не, ну вы даете! — закрутил башкой Вовка. — Шутники, блин. Да там весь подвал от говна отмывать придется.

— На то и был расчет, — ухмыльнулся Штырь. — Весело, правда?

— Здоров, пацаны! — в парилку завалился Китаец, у которого было отдельное поручение. — Я работаю, значит, в поте лица, а вы тут уже с телками бухаете! Обидно так-то!

— Иди, выбирай первый! — великодушно разрешил я.

— Любая твоя. В мусарню позвонил?

— Ага! — ухмыльнулся Димон. — Сначала с таксофона на рынке. Сказал, что слышал, как Вахидов с Толяна деньги за крышу требовал, а тот его прирезать обещал. А потом помчал на автовокзал, и голосом старой бабки проныл, что приехал из нашей деревни. Слышала, мол, стрельбу в Вахидовском доме. Фамилию не скажу, потому что этих аспидов боюсь, как коммунист исключения. Поехала в город, ибо участковый наш алкоголик, и у бандитов на зарплате.