Лихие. Бригадир

Глобально — это было то, что надо. Темные джинсы, черная куртка или пуховик, вязаная шапочка-пидорка — так авторитетные люди будут одеваться почти все девяностые.

— Конечно! — Елена не теряла оптимизма — Вот, посмотрите на эти куртки на синтепоне. Они тоже очень теплые, но немного дешевле. Вот эта, например, стоит 500 рублей.

Я взял куртку, наши пальцы на мгновение соприкоснулись, и я почувствовал, как по телу пробежала дрожь. Прямо как пацан нецелованный! Она тоже вздрогнула и резко отдернула руку."

"— Как вам? — спросила девушка, сильно покраснев.

— Неплохо, — ответил я, разглядывая себя в зеркале.

— Но, наверное, возьму все-таки тот черный пуховик.

Жаба душила: надо отдать почти все деньги, что взял с наперсточников, и остаться с голой задницей. Но понты дороже.

— Знаете, — сказала девушка, забирая пуховик, — Этот цвет вам очень идет. Вы такой суровый становитесь, мрачный… Я вас даже испугалась немного.

— Знаешь. Давай на ты!

— Ой, нам запрещено! — смутилась она.

— Я отменяю этот запрет!

Лена засмеялась, на щеках опять появились милые ямочки.

— Ой! А что это у тебя за рана на затылке? — спросила она.

— Бандитская пуля, — заговорщицким тоном ответил я, трогая пластырь.

— До свадьбы заживет. Кстати, как ты относишься к свадьбе? Я вот очень хорошо отношусь, особенно если невеста красивая попадется. У тебя, случайно, нет такой на примете?

Она снова расхохоталась, порадовав меня белозубой улыбкой и ямочками на щеках.

— Давно ты тут трудишься? — спросил я, когда мы подошли к кассе.

— Около полугода, — ответила девушка. — Я же ромгерм закончила…

— А ромгерм — это что? — не понял я.

— Романо-германская филология, — пояснила Лена. — Английский-немецкий.

А потом меня в школу хотели распределить. Представляешь? Меня и в школу! Да я этих детей боюсь. Они же бешеные сейчас. Ну и не пошла… Тут и по деньгам гораздо лучше, и работе нескучная.

— Да, я заметил. Наверное, много интересных людей встречаешь?

— О да! — Лена оживилась — Это же Тверская! К нам недавно сам Джигарханян заходил. Это который снимался в «Здравствуйте, я ваша тётя!» и в «Неуловимых мстителях»!

— А еще в «Место встречи изменить нельзя», — вспомнил я, добавил с характерным акцентом актера: «Бабу не проведешь! Баба, она сердцем чует.

»

Лена засмеялась, я тут же пошел в атаку:

— Может, сходим как-нибудь в кино? Что сейчас идет?

— Ой, а я и не знаю, — смутилась девушка. — Я давно там не была.

— Пиши номер телефона, — я заплатил деньги в кассу, где мне пробили чек. Его я и отдал девушке, нарисовав в воздухе цифры.

— Я сейчас упакую пуховик.

Елена, поглядывая на меня из-под ресниц, положила мою покупку на оберточную бумагу, завернула в несколько слоев, а сверху повязала шпагат.

А я все ждал. Получится ли выцыганить номерок или нет? Она колебалась.