Любовь не по сценарию

А я пыталась распланировать свою будущую жизнь: готовилась к собеседованию, пропадала на сайтах с авиабилетами и арендой недвижимости и, в конце концов, составляла маршруты по любимому городу.

В Питере я была несколько раз. Впервые — совсем маленькой, когда мы с родителями ездили в гости к бабушке. Но город мне полюбился в более осознанном возрасте. Тогда я приехала в Петербург на предстоящие соревнования. Город был зимним, праздничным, торжественным. Я запомнила украшенный суетной Невский, толпы иностранных туристов, нашу гостиницу «Прибалтийская» на берегу Финского залива и высоченную ель на Гостином дворе.

В то время у меня от всего захватывало дух, поэтому поездка мне казалась просто волшебной. В этот город нестерпимо хотелось вернуться. И хотя я больше практически не общалась с отцом, свою бабушку я бы с радостью навестила.

Только представив, что я могу стать частью любимого города, сердце сладостно замирало. Предстоящую поездку омрачали только Федя и мама, по которым я уже начинала скучать.

И все-таки я решилась на еще один разговор с родительницей. Это было бы нечестно, если б я не рассказала ей о своем побеге.

И слишком жестоко, если бы уехала, даже не попрощавшись.

— Только пообещай, что не скажешь ни о чем отчиму, — попросила я, когда мы с ней вдвоем сидели в машине, которая заглохла на трассе недалеко от нашего коттеджного поселка. Вячеслав, включив «аварийку», тут же выбрался из тачки и открыл капот. Мимо с шумом пролетали машины. — Чтобы не получилось, как в прошлый раз, с фотографиями.

Мама явно насторожилась.

— А что случилось?

— Пообещай, что не скажешь ему! — повторила я.

— Агния!

Я упрямо молчала.

— Конечно, обещаю, — вздохнула мама.

Тогда я сказала:

— Мам, я уезжаю.

— Куда?

— В Питер.

— На майские праздники?

— Нет, мама, навсегда.

— Все-таки к нему? — усмехнулась мама, имея в виду моего отца. — Но он тебя не ждет!

— Нет, мама, не к нему, — покачала я головой. Странно, но я почти никогда не произносила это слово — «папа». Таким чужим оно мне казалось и непривычным. Для нас с мамой в разговорах он всегда был просто — Он. — Я заберу документы из универа и попробую поступить в Академию художеств. Все это время мне Надя помогала.

— Так вот почему ты к ней так часто моталась, — догадалась мама.

— Угу. Надя боится, что ты станешь на нее сердиться. Но ты не сердись. Надя хочет, чтобы я стала счастливой. И ты, я знаю, тоже не против моего счастья.

Мама лишь подавленно молчала.

— Один раз ты уже остановила меня, приняв сторону отчима.

Я чувствовала, что мама хочет мне возразить, поэтому быстро продолжила:

— А еще хочу, чтобы ты уехала со мной. Пусть не сейчас, но я очень буду тебя ждать. Я к этой поездке готовилась давно. Тебе же все это как снег на голову.