Восставшая из пепла

 – И что означают ваши одинаковые перстни?

– Какая наблюдательная девочка, – с улыбкой произнесла Тамара Петровна. – С таким талантом тебе можно преступления распутывать! А ответ на твой вопрос очень прост. Когда-то, в далекой молодости, мы с Клавдией Ивановной учились в одном университете и состояли в одной студенческой организации. Мы были такими выдумщицами! Звали друг друга вымышленными именами, а перстни говорили о нашей принадлежности к этому кружку.

Татьяна задумалась, жуя пирожок. Что-то тут не срасталось.

Тамаре Петровне и Клавдии Ивановне уже явно стукнуло по пятьдесят лет. Может, и больше. А вот медсестра Анастасия Павловна была еще совсем молодой. Как они могли все вместе учиться и состоять в одной студенческой организации? К тому же не могли они все посещать один университет. Ведь Оболдина была какой-то ученой, Анастасия – медиком, а Клавдия управляла интернатом! Тамара Петровна явно что-то недоговаривает. Да и какая студенческая организация выбрала бы своим символом жуткий черный череп с клыками?

– А чем занималась ваша организация? – спросила Татьяна.

– Я сейчас уже не помню, – пожала плечами женщина. – Так, какими-то обычными студенческими глупостями. В любом случае, все это происходило очень давно и не стоит твоего внимания.

Говоря это, Тамара Петровна продолжала улыбаться, но вот ее взгляд… Он был просто ледяным и не предвещал ничего хорошего.

Татьяна сразу поняла, что Оболдина ее обманывает. Но ясно было и то, что не стоит продолжать расспросы, иначе могут возникнуть неприятности.

– А почему отец сам не приехал? – меняя тему, поинтересовалась девушка.

– О, он так занят, – озабоченно сказала Тамара Петровна. – Работает над новым лекарством. Как, кстати, твоя болезнь? Очень беспокоит?

– Совсем не беспокоит. – Татьяна отвернулась к окну и начала разглядывать проносящиеся мимо деревья. – Я ничего не чувствую, хотя все вокруг утверждают, что я сильно больна. Даже странно как-то.

– А уколы медсестра тебе делала?

– Да, каждый месяц."

"– Вот поэтому ты ни на что не жалуешься, – сказала Тамара Петровна. – Твой отец передавал в интернат необходимые лекарства. А сейчас он создает средство, которое окончательно излечит тебя в будущем.

Чем дольше Татьяна слушала Оболдину, тем меньше верила. Не очень-то ее отец был похож на создателя лекарств. Вечно небритый, неопрятный, с грязью под желтыми ногтями, в замызганном, покрытым сомнительными пятнами белом халате. Он больше смахивал на рубщика мяса на продуктовом рынке, чем на ученого.

Вот только зачем Оболдиной врать ей? Какую цель она преследовала?

Лесная просека закончилась, и машина выехала на автостраду.