Львица по имени Лола

А он сам? Сам он что может ей дать? Но как это сказать? В каких словах? И гордость просто орет внутри.

— Дина, послушай… — он неловко взял ее за руку. — Не думаю, что сейчас подходящее время, у нас же так сейчас все загружено, что не вздохнуть — и фирма, и фильм, и…

— Я поняла, — ледяным тоном проговорила Дина. И руку отняла. — Посплю, ладно?

Прекрасно. Они поссорились. И повод в этот раз далеко не такой дурацкий и нелепый, как в прошлый раз."

"Глава 16. Не наговаривай, не надо, визуальный обман, а если очень приглядеться, он отличный пацан.

По случаю их приезда Василиса надела шелковое платье в разноцветный разномастный горох и шёлковой же платок, повязанный особым, нарядным образом. Но то ли от шелковых платьев Василиса отвыкла, то ли еще что было причиной, но Левка чувствовал напряженность в бабушке. И стол накрыт парадно, и все, как Василиса хотела, а она вся словно комком спеклась. Лев помнил, как Василиса приняла Туру. Мгновенно и без размышлений приняла — в семью и в сердце. К Дине же Василиса присматривалась. Чувствовала, что не ровня она внуку по социальному статусу, — тоскливо подумалось Леве.

— Ну так что же ты, Дина, — Василиса по-школьному сложила руки на стол. — Что ты про Левку-то думаешь?

Лев едва не поперхнулся пирогом. Вот на такие вопросы мы не договаривались!

— Я люблю его, — просто ответила Дина. — Очень я люблю вашего внука, Василиса Карповна.

И лицо Василисы вдруг разом обмякло, исчезла сковывающая его каменность. И она улыбнулась.

— А он жениться на мне не хочет, — без паузы добавила Дина.

Лицо Василисы снова закаменело.

— Это как?

Левка судорожно искал под столом ногу Дины, наступил. Надавил сильнее. Без толку!

— Я его очень люблю, — повторила Дна все так же прямо, глядя в глаза Василисе. — Больше жизни люблю. Замуж за него хочу. И фамилию его. А он… он… — тут Дина вполне натурально вздохнула.

Василиса перевела тяжелый немигающий взгляд на Левку.

— Любишь дивчину, раз привез? — звучало это скорее утверждением, чем вопросом. Что ему оставалось? Кивнул.

Василиса вставала из-за стола неумолимо, как айсберг перед Титаником. И Лев мгновенно понял, что шансов у него нет. Вообще. Никаких. И слова уже можно не подбирать.

— Телефон-ка мне подай, Лев, — отчеканила Василиса. Поправила очки на носу, вглядываясь в экран. А потом поднесла аппарат к уху. — Мариша? Ага, теть Вася. Дело у меня к тебе. Практически государственной важности.