Мафиози и его мальчик (СИ)

- Разве я буду нужен тебе, если не смогу тебя защитить? Если не могу защитить даже себя?

- Ярик, я не девочка. Меня не надо защищать.

Яр посмотрел на него.

- Тогда что? Что тебе нужно от меня?

- Ничего, - Андрей пожал плечами. – Просто ты.

Он замолк, не зная, как ещё объяснить.

- А что тебе нужно от меня, Яр?

Яр смотрел секунду молча, а потом усмехнулся и покачал головой.

- Просто чтобы ты был.

- Ну вот и всё, - Андрей убрал локоть из-под щеки и опустил её Яру на плечо, а потом добавил: - Я не могу без тебя, Яр. Я пробовал. Не получилось ничего.

========== Часть 87 ==========

Яр смотрел, как Андрей сидит на берегу ручья и полощет в проточной воде накопившиеся кружки – выходить из дома в дождь не хотелось никому.

Смотрел и думал, когда Андрей перестал улыбаться.

Вспоминая те далёкие дни, когда они ещё не знали друг друга, и Андрей казался ему просто маленьким хулиганом – слишком сладким хулиганом, чтобы использовать его для чего-то, кроме постели – Яр уверенно мог сказать, что в те дни особый эффект на него производила улыбка Андрея.

Она рассеивала всё – любую злость, подозрения, даже похоть.

Когда улыбка расцветала на лице Андрея, его даже трахать не хотелось – только глупо улыбаться и смотреть, как она отражается в светло-серых глазах.

Яр точно помнил, что Андрей улыбался часто – его можно было бить, выставлять на улицу в мороз, он возвращался и льнул к плечу человека, который творил с ним, что хотел. И улыбался.

Была ли улыбка потом, Яр вспомнить не мог."

"В его голове она была всегда – даже когда он не видел Андрея неделями, лицо этого мальчишки, дважды перевернувшее его жизнь вверх ногами, светилось улыбкой.

А вот улыбался ли настоящий Андрей – Яр вспомнить не мог.

Кажется, в последнее время он больше смотрел Андрею в глаза.

Глаза тоже были загадкой – как воды озера настолько чистого, что даже на глубине десятков метров можно увидеть дно. Эти глаза составляли настолько дикий, неправдоподобный диссонанс с тем, чем Андрей занимался, что одно это противоречие будило в Ярославе невыносимую злость.

А вот улыбку он замечать перестал и теперь мог только гадать, была она или нет.

Теперь улыбки не было. Андрей если и улыбался, то неохотно, будто бы смущённо, и всегда – в ответ на улыбку Яра, но никогда – сам по себе.

Поначалу Яр не задумывался о том, почему так. Андрей просто был рядом – и это уже было хорошо. Андрей был только его, и он сам мог не думать, кроме Андрея, ни о чём. К тому же в первые дни у Яра попросту не хватало на отвлечённые мысли сил.

Теперь, когда жизнь входила в какое-то русло, которое он мог бы назвать нормальным, Яр всё больше смотрел на Андрея, которого уже с трудом удавалось назвать мальчишкой, и подмечал детали, которые стали другими.

Андрей не сильно изменился лицом.