Малыш от мажора

Мой телефон оживает в сумочке все той же Truly Madly Deeply.

Певец выводит I'll be your dream I’ll be your wish и брови нового знакомого ползут вверх.

— Интересная мелодия, — комментирует он, а я чувствую, что стремительно краснею.

— Мне пора. До свидания, — говорю мужчине, разворачиваюсь и побыстрее залезаю в салон своей машины.

Завожу двигатель и трогаюсь с места.

Как раз в этот момент загорается зеленый и я побыстрее уезжаю с места происшествия.

Глава 5

— Сонечка, все в порядке? — спрашивает тетя Лена.

Она встречает меня с Машуней на руках, и я сразу же несусь в ванную, чтобы вымыть руки и поскорее обнять и расцеловать своего молочного бутуза.

— Да, все в порядке, — перекрикиваю шум воды.

Мою руки, скидываю пиджак и блузку.

Оставляю вещи на стиральной машине, накидываю халат и спешу в гостиную.

— Иди ко мне, мое солнышко, — тянусь к дочке.

Забираю Машу на руки, отношу в детскую и усаживаюсь с ней в глубокое кресло, сунув одну ногу под попу.

Дочка уже тянется ко мне ручонками и тыкается в майку, пытаясь сосать молоко через нее.

— Подожди секундочку, — останавливаю, а потом освобождаюсь от лифчика и прикладываю малышку к груди.

Дочка начинает жадно сосать, а я откидываюсь на спинку и закрываю глаза.

Кайф.

Я знаю, что грудное молоко полезно и мне приятно от осознания, что я делаю все возможное, чтобы дочка росла крепенькой и здоровой. А еще чисто физически становится легче, потому что грудь перестает так распирать.

К вечеру то же самое произойдет со второй грудью, она нальется молоком. И я снова смогу покормить дочку.

Таким способом я всегда укладываю ее спать без проблем и очень довольна, что в свое время прислушалась к умным советам.

Несколько раз за кормление я целую дочку в головку, на которой растет мягкий золотистый пушок, цветом волос Машуня пошла в Никиту, а когда она засыпает, осторожно встаю и перекладываю ее в кроватку.

Устраиваю поудобнее и накрываю легким одеяльцем. Еще раз поправляю одежду на себе и принимаюсь разглядывать дочку.

Она у меня очень милая, еще по младенчески пухленькая, и такая симпатичная. Мне кажется, она пошла в Никиту больше, чем в меня. Но я слышала, что дети со временем меняются. Иногда до неузнаваемости.

Желудок урчит и я решаю, что пока дочка спит, не грех перекусить и выпить чая.

— Сонь, пообедаешь? — кричит из кухни тетя Лена, стоит мне пройти в гостиную.

— Да, конечно.

Спешу на зов, а потом подхожу к тете, которая суетится у плиты, и обнимаю ее за плечи.

— Что бы мы без вас делали, — говорю своей любимой тетушке, целую ее в щеку и усаживаюсь за стол.

— Ой, ну, Сонечка, мне самой приятно помогать вам. Ты же знаешь.

— Все равно большое спасибо.

— Вот, кушай.

И тетя ставит передо мной тарелку с борщом.

— Обожаю, как вы готовите.