Малышка (СИ)

— Какую хочешь? — спрашиваю делано безразличным тоном, постукивая по рулю в такт грохочущей ритмичной музыке. — Мерседес? Ниссан? Порше? Немца? Японца? Европейца?

Лично я бы остановился на «мерине», но пусть она меня удивит.

И что делает Бон-Бон? Начинает рассуждать вслух. Вываливает кучу информации о краш-тестах, об особенностях конструкции разных моделей, о надежности и о том, что в тех и вот тех моделях безопасностью пожертвовали в ущерб красоте. Усмехаюсь и на светофоре протягиваю руку, чтобы взъерошить ей волосы. И тут же жалею об этом, потому что от ее волос поднимается проклятый запах сладкой медовой груши. Теперь он останется на моих пальцах.

— Лексус? — вкрадчиво озвучивает она.

— Лексус? — повторяю я.

— Безопасность, новые технологи…

Она деловито загибает пальцы, а я едва сдерживаюсь, чтобы не заржать.

И вдруг моя Бон-Бон перестает улыбаться, румянец отливает от ее щек, а взгляд устремляется куда-то мне поверх плеча, в окно. Поворачиваю голову — и вижу то, что видит она: Тапка в машине рядом. И за рулем кабриолета сидит этакая белобрысая рафинированная жертва инстаграмма.

Вот тебе и Тапок. В тихом омуте водятся и буйные ботаники.

Я поворачиваюсь к Бон-Бон, едва сдерживая на языке колючую шутку о том, что в загулы уходят не только кобели вроде нас с Владом, но слова застывают, когда я натыкаюсь на ее лицо. И что я там вижу? Панику, страх, горе, отчаяние. Я вижу мою малышку глубоко потрясенной происходящим. Как будто она шестилетний ребенок, который встала ночью за стаканом воды и увидел, как родители шпилятся на кухне.

— Эй, — я щелкаю пальцами у нее перед носом, привлекая внимание. И на миг мне это удается: взгляд Бон-Бон фокусируется на моей ладони. — Ты ее знаешь?

— Нет, — бормочет она и делает то, что я ожидаю меньше всего — опускается на сиденье так низко, что и макушку не видно. — Езжай за ними.

— И не подумаю.

— Рэм! — молит она."

"Светофор «моргает» зеленым, я даю по газам, а блонди, ожидаемо, тормозит и остается далеко позади. На следующем перекрестке я поворачиваю направо. Бон-Бон выбирается из своего убежища, хватает телефон и начинает что-то энергично выстукивать на экране, как будто собирается взять рекорд по быстропечатанию на смартфонах.

— Дай угадаю: твой ботаник сказал, что сегодня будет учиться, учиться и снова учиться? — стебусь я.

Она не обращает внимания, вся увлечена своим телефоном.

Ну ладно, малышка, придется с тобой жестко.

Бон-Бон так увлечена, что, само собой, не ждет подвоха. И когда она меньше всего этого ожидает, я хватаю ее телефон и швыряю в окно. Пока она с минуту приходит в себя, пытаясь переварить произошедшее, мы успеваем проехать пару кварталов. Сомневаюсь, что от ее игрушки под колесами машин осталось так уж много.