Маруся и близнецы

Данила вынул из ее руки бокал с выдохшимся шампанским и вложил новый с чем-то малиново-лиловым и вишенкой сверху.

— Нет, не скучаю, — помотала она головой, осторожно пробуя кисло-сладкую жидкость с острым запахом текилы. — Мне очень весело.

— А почему тогда не танцуешь? — усмехнулся он.

— Да я не особая любительница, — призналась она чуточку смущенно.

— Зато твои братья — любители, — кивнул Данила на площадку у бассейна, с которой убрали шезлонги, чтобы поместилось больше народу.

Сердце похолодело даже раньше, чем Маруся нашла среди толпы две одинаковые макушки.

42

Никита стоял в стороне и смотрел на Макара, который вился вокруг Изольды.

Она танцевала с закрытыми глазами, вытянув руки вверх и извиваясь под хрипловатый вокал.

А где прошла ты — там упала звезда, там светила луна и играла волна!

Руки Макара скользили по ее телу, обтянутому узким платьем, почти не касаясь, но он притирался к ней почти вплотную — еще пара сантиметров, и это был бы уже не танец.

Пальцы Никиты сжимали бокал с коктейлем так, что выступали жилы на предплечьях. Он не замечал ничего вокруг, лишь пожирал глазами эту парочку.

— Они были бешено в нее влюблены когда-то, — снова мурлыкнул мягкий голос Данилы над ухом.

— Но, видать, все еще не отпустило.

— Оба? — зачем-то переспросила Маруся, хотя ей и так все было ясно. Особенно после игры в «правду или действие». Вот, значит, кто такая эта их одна на двоих первая женщина. Тайна Макара и одержимость Никиты.

Тот решительным жестом пихнул кому-то свой бокал и подошел к танцующей парочке. Музыка к тому времени уже сменилась и, когда брат тронул его за плечо, Макар уступил ему свое место.

Girl, you’ll be a woman soon…

Маруся такое видела только в «Грязных танцах» — Изольда устроила Никите настоящий приватный танец.

Она терлась об него всем телом, разворачивалась спиной и сползала к ногам, ведя рукой по бедру, высовывала острый язычок и облизывала губы, медленно поднимаясь обратно.

Крепкий коктейль обжег горло — он только сверху был невинно-сладким, весь алкоголь оказался на дней. В голове зашумело, зрение поплыло, и все происходящее стало казаться Марусе нереальным, будто она смотрит кино.

Изольда отталкивала Никиту, а потом, смеясь, манила его обратно под томные гитарные переборы.

Он падал на колени, а она ставила ногу ему на плечо и наклонялась, почти целуя — но снова, дразнясь, отшатывалась в последний момент.

Теперь Макар смотрел на них со стороны, не в силах оторвать глаза.

Как и Маруся.

Вот она, легендарная двойняшка, укравшая сердечки ее братьев.

Они все еще хотят ее, это видно всем окружающим.

— А что… — внезапно прозвучавший над ухом голос Данилы почти испугал, она успела забыть о его присутствии. От руки, обвившей талию, захотелось отпрыгнуть, но она удержалась.