Мажор по соседству. Сердце на куски

Да всё нормально! Вот придет вечер, и он обязательно объявится. Позвонит. Напишет. Или может даже приедет под мои окна, а потом обнимет и скажет, что тоже безумно обо мне скучал. Да, так и будет.

Наверное…

Я была на грани срыва, когда опечаленная зашла домой, потому как не увидела знакомого Гелендвагена у своего подъезда, а затем удивленно воззрилась на Аксинью, а она на меня. Вот же черт! Дико признавать это, но все мои мысли были о другом. Лишь сейчас, вернувшись домой к нашей бабуле, я поняла, что мы не виделись и не переписывались всё это время с лучшей подругой.

Бронштейн сидела на кухне, молча поглощая фисташковое мороженое прямо из ведерка. Уже почти всё слопала. Она не выглядела моей любимой привычной Акси. Задумчивая, взгляд стеклянный, словно и не здесь вовсе, а в каком-то астрале. Всё равно, что зомби.

— Привет, — вымыв руки, сажусь за стол напротив неё."

"Хозяйская кошка тут же прыгает ко мне на колени, принимаясь ласкаться то так, то этак. Чешу подлизу за ушком и та довольно мурлыкает, сворачиваясь в клубок.

Успокаивает.

— Привет, — запоздало отвечает Акси. — Как работа?

— Нормально. А ты как?

— И я тоже нормально, — выдает это и тут же замолкает, продолжая вкидывать в себя ледяное лакомство.

— И ты даже не спросишь меня, где я была все выходные? — спрашиваю, надеясь немного растормошить Акси, а заодно и себя.

— А тебя что не было? — она пожимает плечами.

— Нет, — качаю головой.

— Прости, я не заметила, так как сама зашла домой только полчаса назад.

— Где была?

— У бабули в деревне, — цедит сквозь зубы.

— М-м…

Молчим минут десять, после которых я тоже достаю себе ложку и начинаю вместе с подругой поглощать мороженое.

— Ты у матери была? — наконец-то поднимает на меня грустные глаза Аксинья.

— Нет, — отвожу взгляд.

Секунд десять растягиваются между нами в целую вечность, за которую Бронштейн все-таки складывает очевидное с невероятным. А затем охает, выпучив глаза, так что кажется, словно они у нее сейчас вывалятся, как у ши-тцу.

— Да ладно!

— Угу, — киваю я и откидываю от себя ложку, закрывая вспыхнувшее лицо ладошками.

— Зарецкая! — буквально орёт она.

— Да тише ты. Я сама в шоке.

— Ну все. Всё! Я чуть выдохнула. Теперь можешь вещать, — но через пару секунд, за которые я все еще не говорю ни слова, Акси снова взрывается и начинает трясти меня, словно мешок с костями, — Рассказывай же скорей, не молчи! Иначе меня разорвет от любопытства!

Глупо хихикаю, но подчиняюсь, во всех подробностях описывая Бронштейн то, что произошло между мной и Егором. Ну или почти во всех. Некоторые пикантные подробности всё же опускаю.