1
0
Парень переменился в лице и нервно облизнулся, а девица лишь ресницами захлопала. Ха, делает вид, что моя компания незнакома? Актриса театра похотливых ртов! Кто же не знает, что такие грудастые акулки всегда в курсе новостей? Тут ноги раздвинула, там отсосала, — деньги не пахнут!
— Ты… — по-русски начал было Витя, но тут же исправился и перешел на инглиш: — Вы же не будете ставить на кон свою компанию? Это безумие.
— Да ладно, — я ухмыльнулся. — Живем один раз. Я готов расстаться с ней, мне не впервой начинать с нуля. А ты, Виктор, готов рискнуть самым дорогим? Или у тебя нет яиц?
Буратинка оглянулся на жену и самодовольно заулыбался. Конечно, такие фиши (примечание: fish — рыба, слабый игрок) всегда надеются отыграться.
Сейчас скажет что-то типа: «Да что ты волнуешься, милая, это всего лишь игра». Я даже привстал, разочарованно выдыхая. Неужели ты такой жалкий трус, Дорогов?
— Только конченный придурок мог такое предложить, — думая, что я не понимаю, возмутилась девица на чисто русском.
Она рухнула на свободный стул, залпом допила шампанское и цапнула со стола чужой ещё полный бокал. Глянула на меня уже спокойнее и произнесла по-английски (к слову, практически без акцента):
— Как вы можете играть живыми людьми? Вам известно, что рабство давно отменили?
— Не понимаю, что вас не устраивает, — хищно улыбнулся я, смеривая шлюху многозначительным взглядом. Я ее трахну во все щели, пусть не сомневается. — Вам только что выразили комплимент, о котором мечтают все шлю… женщины мира. Оценили в несколько десятков миллиардов долларов!
— Засунь себе эти десятки в… — по-русски прошипела девка.
— Пелагея, он не понимает, — раздражённо глянул на жену Дорогов Младший. — И не лезь. Я знаю, что делать.
Ну точно, трус!
Глава 6. Макс
После его слов я опустился на стул и, облизываясь, как кот, больше не сводил глаз с женушки. Всё слишком просто, даже неинтересно. Но шлюшке я всё равно засажу. Мне нужен этот адреналин, пусть и маленькая, но приятная месть папашке этой мерзкой аскариды жизни.
— Ну, Дорогов, что решаем? — нетерпеливо спросил я. Не то, чтобы спешил, но спор уже начал раздражать. — Готов поставить свою жену против моих миллиардов?
— Этого не будет, — тихо, но уверенно проговорил пацан.
Снова ощутив азарт охотника, я подался вперёд:
— Девку не ставишь? Ну хорошо. А казиношкой рискнешь? — прищурился я. — Ты же владелец этих золотых палат?
Витя отклонился назад, будто его хлестнули плеткой по лицу, и скрипнул слабой челюстушечкой.
— Играем хед-зап (примечание: игра с одним противником) с равными стеками, — бросил он неосторожно.
Внутренне я ликовал — попался, заяц! — но внешне оставался абсолютно спокойным.
— Витя, не надо, — как-то особенно безнадёжно проговорила девушка.
