Мент

Откуда ему было знать, что прежде, чем повернуть ключ, требовалось нажать всего лишь одну кнопку, скрытую под приборным щитком. Петрович придумал эту штуковину и числил ее не иначе, как самым крутым противоугонным средством. Андрея же изобретение Петровича только раздражало, поскольку он сам частенько забывал про эту кнопку.

И все же, если ружье висит на стене, оно должно когда-то выстрелить. И оно выстрелило!

Поняв, что сбежать не удастся, Калина открыл дверцу и выбросил пистолет на снег.

– Ну, довольны? – с вызовом произнес он. Дорофеев и Бабкин, стоявшие по разные стороны от кабины и державшие капитана под прицелом, опустили оружие.

Леха, подняв брошенный пистолет, приказал:

– А теперь выходи!

Калина выбрался из салона. Как ни странно, держался он более уверенно, чем минуту назад.

– И что дальше? – усмехнулся и нагло добавил:

– А ведь вы меня не убьете.

– Это почему же? – поинтересовался Бабкин.

– Прежде захотите узнать то, что известно мне: кто убил Круглову и Сомова.

– Ты сам сейчас скажешь, – заявил Леха. Калина покачал головой:

– Не скажу.

– Почему?

– В этой информации гарантия моей безопасности.

Не стерпев такого откровенного хамства, Дорофеев припечатал свой мощный кулак к скуле , Калины. Отлетев на несколько метров, тот приподнялся на локте, кровью сплюнул на снег и состроил подобие усмешки:

– Ты, Ваня, всегда был слишком прямолинейным, в этом твоя беда.

– Я тебя сейчас задушу! – вне себя от ярости простонал Дорофеев и ринулся на предателя. Андрей удержал его за плечо.

– С этим мы еще успеем. Сейчас важнее другое. – Он подошел к Калине и, достав у него из кармана ключ, продемонстрировал его парням. – Вот он, наш золотой ключик…

Глава 5

ТЕСТ НА ПОРЯДОЧНОСТЬ

Несмотря на то что рана оказалась несерьезной, пуля прошла навылет, Дорофеев не дал Андрею вести машину и сел за руль.

Бабкин, вызвавшийся охранять предателя, устроился позади. Сам же Калина обретался там, куда его бросили, – на полу между сиденьями. Если он позволял себе проявить неудовольствие, страж каблуком наступал ему на горло. Настроение у всех, кроме Калины, было приподнятое, хотя никто не знал, что ждет их впереди. Об этом старались не говорить. Попеняли на погоду, обсудили достоинства пролетевших мимо машин.

Бабкин рассказал анекдот, причем тупейший. Тем не менее все рассмеялись.

Пошел мокрый снег, и Дорофееву пришлось сбавить скорость. Стрелки часов показывали без четверти десять. Андрей занервничал, хотя и понимал, что не в силах что-либо изменить."

"– Ладно, ребята, хорош водить меня за нос, – оборвал он дружный смех. – Расскажите лучше, каким макаром вы в лесу очутились.

– Ой, Андрюха, не сыпь мне соль на раны, – вздохнул Дорофеев. – Честное слово, вспоминать не хочется.

– И все же? – настаивал Андрей.