Между двух мужей

А я немного подумала и набрала номер Пашки – работника очень специальных служб, который так помог мне с информацией о том, как именно погибла Антонина.

– Паш, привет. Слушай, у меня к тебе еще одна просьба. Ты меня знаешь – я в долгу не останусь. Дело в том, что… мне надо найти одного человека… – В нескольких словах я обрисовала коллеге суть дела и закончила разговор так: – В общем, Паш, мне позарез надо найти этого престарелого родственника, которым очень интересовался погибший Вадим. Можешь?

В трубке хмыкнули:

– Ты уже свое частное сыскное бюро открыла? И используешь в частных целях личные связи?

– Ну, что-то вроде этого. Поможешь?

– Ну куда ж от тебя деваться! Русские своих не бросают.

– Спасибо, Паш! За мной не заржавеет.

Хотя бы об этой стороне расследования я могла теперь не беспокоиться.

* * *Пока мы ехали к Капе, природа передумала насчет выполнения своего обещания относительно жаркого и ясного дня – небо снова наморщилось тучами, все вокруг заметно потемнело. Мы бодренько катили по оживленной трассе."

"На последнем повороте при подъезде к Капиному дому на тротуаре промелькнула знакомая фигура. Я увидела ровную спину и гладко зачесанный к затылку золотистый узел волос, и хотела было окликнуть Илону, но она уже скрылась за углом, я уловила только промельк светлого плаща и услышала затихавший дробот ее высоких каблуков. Женщина вошла в Капин подъезд. Я остановила машину и последовала вместе с тетей Милой в том же направлении, что и Илона, – с двух-трехминутным опозданием, не больше.

Войдя в подъезд, мы остановились как вкопанные: подъездную тишину прорезал дикий, иccтyплeнный кpик! Рефлекторно подняв голову, я едва успела отпрянуть: в тусклом свете подъезда я увидела чьи-то взметнувшиеся над перилами верхнего этажа руки, а затем – Илону, вернее ее тело: оно завиcлo, перевесившись чepeз пepилa, качнyлocь в вoздyxe и c глyxим cтyкoм рухнуло нa нижнюю площадку.

Все произошло так быстро, что тетя Мила, кажется, ничего не поняла. Она только проводила взглядом упавшее тело и подняла на меня глаза, в которых ясно читалось: «Я не верю, никак не верю, просто не могу поверить тому, что вижу!»

В три прыжка я оказалась у распростертого на каменных плитах тела, но не надо было даже и дотрагиваться до ее вены, чтобы убедиться: Илона мертва! Скорее всего, у нее была сломана шея.

…Потом закрутилась вся эта суматоха: приезд милиции, утомительный допрос, которому нас с тетей Милой подвергли приехавшие сотрудники убойного отдела. А затем контуры трупа Илоны очертили широкой меловой каймой, переложили тело на носилки и понесли его к выходу.