Миг бесконечности. Том 2

Что же тогда думают другие, кто с ней не знаком? Неужели она совершила очередную ошибку и как-то не так подала материал? Надо срочно войти в сеть.

Но с Интернетом ничего не получилось. Видно, на счету закончились деньги. Переехав к Вадиму, она его не пополняла.

— И я не собираюсь ничего рекламировать, — зажав ухом трубку, добавила она.

— А что же ты будешь делать? Сидеть дома с твоим характером смерти подобно.

— Не волнуйся, не умру, — отстраненно-холодно парировала Катя. — В школу пойду работать, как мама, — неожиданно даже для самой себя нашла она выход.

В разговоре возникла недолгая пауза.

— Шутишь? С твоим-то опытом? Какая школа?

— Обыкновенная, общеобразовательная. На элитную не претендую.

— Ты серьезно? С твоим-то именем… — пришел черед растеряться Вессенбергу.

— Серьезней некуда. Еще раз повторяю, если не понял: я ушла из журналистики и хочу начать жизнь сначала. Надеюсь, что, когда верну себе прежнюю фамилию, о журналистке Проскуриной все забудут.

— Для меня ты никогда ею и не была. Для меня ты была и есть Евсеева. Помнишь, как мы тебя Ксивой звали, а ты злилась? — попытался перевести разговор на шутливый лад Вессенберг. — Ладно, Кать, так и быть, не буду тебя больше донимать. Давай о другом поговорим, — посерьезнел он. — Знаешь, какая у меня первая мысль возникла, когда прочитал? Что ты подумала над моим предложением и решилась.

— На что решилась? Каким предложением? — раздосадованная отсутствием Интернета, не поняла Катя."

"— Ясно, — вздохнул он после недолгого молчания. — Тогда ставлю вопрос иначе. Ты не думала переехать куда-нибудь? Начинать жизнь с нуля на новом месте гораздо проще, поверь. Например, все в той же Германии.

— Это не для меня. Пусть моя родина и уродина, но я ее люблю.

— Здесь я реально могу тебе помочь. И с работой тоже, — пропустил он ее ответ мимо ушей.

— Я немецкого не знаю. Ты что, забыл?

— На начальном этапе это и неважно. Здесь полно русскоязычных изданий. Телеканалы, опять же. Специалисты твоего уровня всегда нужны. Немного осмотришься, проникнешься местным колоритом — и вперед.

— Для меня твое «вперед» в данной ситуации — шаг назад, — устало заметила Катя. — Почему ты никак не хочешь меня понять? В одну и ту же воду дважды не входят! Что здесь, что там, что на другом конце земного шара — журналистика меня больше не интересует. Это первое. Второе и самое главное на сегодняшний день: я не могу оставить отца. А уж тем более сейчас, когда он в больнице в предынфарктном состоянии.

— Я не знал, что он болен… Ты об этом ничего не говорила, — слегка растерялся Генрих.

— Я и сама не знала. В пятницу «скорая» забрала, вот все и открылось. Так что не до переездов мне.

— Ну, это вопрос легко решаемый, — тут же нашелся он. — Устроишь свою жизнь, позовешь отца.