Мой безумный Враг (СИ)

Полина, признаться, ждала чего-то откровенного, жадного, неистового. А от этой щемящей сердце нежности все стало только хуже. Вернее, лучше!

Ноги уже не держали ее. Хорошо, что с этой функцией успешно справлялся любимый мужчина. Но Полине было всего этого мало. Казалось, будто драгоценные минуты наедине со Славой утекали в пустоту.

– Слава! – вновь прошептала Архипова и прижалась к крепкому мужскому телу.

Он ведь должен понять ее? Прочитать мысли? Увидеть в ее глазах то, о чем пока еще стыдно говорить вслух?

– По-ли-на! – по слогам выдохнул Слава

– Слава, – торопливо зашептала Архипова, краснея, – у нас ведь есть.

– Белый за дверью. Никого не впустит, – кивнул Барновский.

– Он там? Нет, так нельзя. Так только хуже, – тряхнула головой Поля и надавила на мужские плечи ладонями, заставляя Славу разжать руки.

– Не пущу! – возразил Барновский.

Поля улыбнулась. Привстала на цыпочки. Мимолетно коснулась губами мужского рта. И пока Слава, судя по взгляду, переваривал ее поступок, выбралась из крепких рук.

Приоткрыв двери, Поля наткнулась на хмурого Федора. Белявский закрывал своей громадной фигурой коридор.

– Федор Львович, а вы не могли бы организовать пункт наблюдения в другом месте? Пожалуйста, – попросила Поля, улыбнувшись.

– Вообще-то я при исполнении, Полина Владиславовна, – нахмурился Белый.

Поля хотела бы и дальше что-то сказать личному телохранителю Барновского, но не успела. Крепкая рука перехватила ее поперек живота, а за плечом раздался негромкий голос:

– Федь, все в порядке.

Полина видела, как Белый, усмехнувшись, кивнул. Девушка не стала провожать его широкую спину взглядом. Закрыла дверь и провернула ключ в замке.

Окна были зашторены, двери заперты, свет приглушен. И Слава здесь, рядом с ней, обнимает ее крепко и бережно."

"Поля тряхнула головой и принялась стягивать пиджак с широких плеч. Следом улетел галстук. Крупные и горячие ладони Славы не остались в бездействии. И вот уже Полина оказалась перед любимым в одном лишь белье.

– Ты меня с ума сводишь, девочка, – услышала она приглушенный шепот.

Поля заволновалась. А вдруг Славе опять станет плохо? Он ведь вон какой измученный, уставший. А это опять-таки стресс!

– Если через двадцать минут не спустимся к гостям, Влад меня убьет, – продолжил говорить Барновский, а по шее Полины уже потянулась дорожка коротких и влажных поцелуев. Ниже, к молочной коже груди, прикрытой кружевом.

– Не убьет. Я не позволю! – отважно заявила Поля и слегка толкнула Славу так, чтобы тот осел на постель.