Мой безумный Враг (СИ)

По большому счету, она только об этом и думает с тех пор, как пришла в себя в этой самой клинике. И врачи все ей популярно объяснили насчет повышенного содержания разнообразных препаратов в крови, насчет порезанной вены, насчет всего остального.

– Тебя Слава послал? – после затянувшегося молчания заговорила Вера.

– Нет. Это моя инициатива, – мотнул головой Белявский, – Славе не до разговоров. Сомневаюсь, что он когда-нибудь захочет тебя увидеть, Вера.

– Почему? Я ведь... Я же люблю его! – выкрикнула Захарова.

– Нет, Вера, не любишь. И никогда не любила, – покачал головой Белый.

Захарова отвернулась. Ей было сложно держать себя в руках. Сложно и больно думать о том, из-за кого она оказалась здесь, в этой тюрьме. Из-за кого едва не умерла. Из-за кого ее жизнь стала не сказкой, как он обещал, а кошмаром.

– Я не знаю, о чем ты, – невнятно пробормотала Захарова.

– Я так и понял, – кивнул Белый и вынул из внутреннего кармана пиджака конверт, – Знаешь, я долго думал обо всей этой ситуации. Не мое это дело, лезть в чужие секреты.

Захарова старалась не выдать своего интереса, однако чрезмерное любопытство всегда было ее слабой стороной.

– Там результаты теста ДНК, – кивнул Белый и рядом с конвертом положил свой телефон экраном вверх, – а здесь у меня номер телефона одного очень болтливого человечка. Он прекрасно умеет выворачивать любую информацию, которую узнал, а после способен раздуть из нее сенсацию мирового масштаба. Как думаешь, если, предположим, общественность вдруг узнает, что у некоего отдельно взятого чиновника есть приемная дочь, которую он систематически насиловал, которая забеременела от него.

– Это неправда! Отец Альбины умер много лет назад! – слишком рьяно выкрикнула Вера, а, столкнувшись с нечитаемым взглядом Белого, прошипела: – Да разве ж это сенсация! Сволочь ты, Белый!

– Для тебя это так, пшик, – усмехнулся Белый, – а для Альбины? Что станет с девочкой, когда она узнает о своем биологическом папаше? Брось, Вера. Твоя дочь подросток с нестабильной психикой. Ты из здорового ребенка всю жизнь делала больную девочку, таскала ее по врачам, придумывала ей несуществующие болезни.

– Я люблю Алю! – выкрикнула Захарова.

– Тогда докажи это, – предложил Белый. – Помоги прижать Захарова. Ты ведь знаешь то, чего пока не знаем мы. Где он может быть, Вера?

– Он сбежал? – горько усмехнулась Вера, уже зная верный ответ.