Мой личный ад

— Расслабься, Бенни, — с горьким ехидством усмехнулся Кеннет, поднимая руки, — Я безоружен, приговорен и изгнан. Неплохо было бы начистить тебе морду на прощание, но видимо придется отказать себе в этом удовольствии.

Сверля его взглядом, Бен потянулся к поясу, чтобы избавиться от оружия.

— Может не стоит отказывать? — процедил он сквозь зубы.

— Бен, — Хелл вцепилась в его сжатый кулак, — Не надо."

"— Знаешь, было бы забавно. Я бы с удовольствием пропустил пару ударов, чтобы увидеть, как она висит у тебя на руке, останавливая, — веселился Кен.

Прикрыв глаза, Бен заставил себя сосредоточиться на прикосновении Хелл к своей руке, на ее дыхании у себя за спиной, на ощущении близости тела. Он расслабился, позволяя утихнуть гневу во благо здравому смыслу, разжал кулаки.

— Очень надеюсь больше никогда тебя не увидеть, Кеннет, — только и проговорил Бен.

Кен изменился в лице. Он поймал взгляд Хелл и тут же глаза Бена. Бывший Командир Ястребов за одно мгновение растерял весь свой искрометный сарказм и напускное веселье. Он словно стал ниже ростом, ссутулился. Но Кен быстро взял себя в руки, расправил плечи, поднял голову.

— Ты хоть понимаешь, как тебе повезло, Бен? — проговорил Кеннет без иронии и подтекста.

— А тебе бы очень хотелось, чтобы я сдох, да? Прости, но не сегодня.

Кен закатил глаза.

— Да я не про твою сраную жизнь, мудило. По мне, так миру было бы легче, если бы ты избавил его от своего нелепого существования. Тебе повезло с ней.

Он кивнул в сторону Хелл, и Бен снова сжал кулаки.

— Расслабься, Волк. Я умею проигрывать, — снова усмехнулся Кеннет.

— Бен, пойдем, — Хельга потянула его к лагерю, не имея сил слушать этот разговор.

Но прежде, чем Бенедикт поддался ей, он обменялся взглядами с Кеном. Это была не их обычная дуэль глаз, с обещанием закопать друг друга при случае у ближайшей елки. Кеннет действительно принимал поражение, одновременно требуя у Бена гарантии. Едва заметным кивком Бенедикт пообещал ему, что будет ценить и свою победу, и приз, который ему достался.

Кеннет смотрел, как они уходят, смакуя последние капли крови, что сочились из раны в его ледяном сердце. Но даже он не мог отрицать, что Хелл всегда принадлежала Бену. Это было очевидно с самого начала. Кен мог бы остановить солнце, если бы ему был не угоден закат, но заставить Хельгу разлюбить Бенедикта, было не в его силах. Хотя и Хелл ему не очень то нравилась. Он любил Олю, слабую и сильную, простую и замороченную, невинную и порочную одновременно. На Севере Кеннет предпочитал быть один, без баб.

— Я рад, что ты стоишь тут и смотришь, как они уходят, а не катаешься по земле в обнимку с Беном, — проговорил Эрик, бесшумно вырастая за его спиной.

— Я не хочу уезжать из Питера, — ответил Кен, игнорируя похвалу дяди.