Мой любимый враг

— А чтоб тебя кикимора забрала! — зашипела женщина, потирая ушибленный лоб.

Ирхад оказался менее ворчливым, только недовольно цокнул языком, а после заметил и меня.

— Новенькая? Кем будешь? — шепотом спросил он.

— Камеристкой госпожи Воилы, — так же шепотом ответила я.

— Потом поболтаете, идем!

Стройным рядочком мы двинулись на кухню. Там наконец зажгли свечи и в полумраке отыскали шкафы с продуктами. Эмелисса вытащила вяленое мясо, свежайший белый хлеб, сыр и булочки, испеченные вчера вечером. Заварила чай и разлила по чашкам. Завтракали молча и быстро, экономка все подгоняла меня, и спустя несколько минут мы уже шли к покоям госпожи.

— Воила еще спит, так что тихо, — замок щелкнул, дверь бесшумно отворилась.

Первым делом я обратила внимание на то, как приятно пахнет в гостиной — легкий сладкий аромат каких-то цветов, неведомых мне, успокаивал и поднимал настроение. Справа у небольшого камина стоял диван, слева — книжные шкафы, а на полу лежала белоснежная шкура. Напротив входа оказалось три двери, одна из них вела непосредственно в спальню госпожи, две других — в ванную и уборную.

Мы на цыпочках пробрались в ванную, Эмелисса показала мне, как правильно греть воду, где брать дрова, чтобы сложить что-то вроде костра под большой медной купальней, полной воды. В тумбочках под зеркалом нашлись десятки различных банок с сухоцветами, маслами и солями; выбрав самые душистые травы, я бросила их в ванну и добавила несколько капель апельсинового масла.

— Воду в купальню набирай с вечера, чтобы утром не шуметь, — едва слышно напутствовала экономка.

— Разве не проще греть воду на печи, а потом приносить сюда ведрами?

— Имей ты мужскую силу, возможно, так было бы проще, — фыркнула Эмелисса. — А мужчинам в этих покоях запрещено появляться.

Костер под купальней — явление не новое и меня не удивило. Так грели воду еще наши предки, но со временем в Лостако данный способ изжил себя. В деревнях так и вовсе любили бани, а о купальнях и не слышали никогда.

"Эмелисса оставила меня сидеть в гостиной, приказала дожидаться времени, когда нужно будить госпожу, и ушла. Без пяти минут шесть, что показывали часы на стене, я осторожно пробралась в спальню Воилы. Здесь было темно, как и в моих покоях в замке лорда, но вовсе не из-за того, что окна были зашторены очень плотно, а потому что сразу за окном росло дерево с густыми ветвями, и слабым утренним солнечным лучам было сложно пробраться сквозь пышную листву.

На широкой постели лежала женщина.