Мой любимый враг

Ярость, загоревшаяся в глазах лорда, еще совсем недавно сковала бы мое сердце священным ужасом. Только не сейчас, когда все мои чувства стали острее кинжала. Не дожидаясь гневной тирады, выскочил из кабинета, на ходу срывая с жилета нашивку с вензелем двора. Черный дракон в обрамлении красных стрелочек, олицетворяющих солнце. Мама когда-то рассказывала мне, что этот знак означает свет, который ведет наш род на протяжении веков. Количество стрелочек вокруг дракона равно количеству правителей, которые когда-либо стояли во главе Дралаеса. Вензель уже готовились переделывать в ожидании нового лорда из рода Еурустед…

Что ж.

Видимо, вокруг черного дракончика никогда не появится пятнадцатый по счету луч. Какой там вензель у двора Арнеля? Впрочем, все равно.

Я выскочил за ворота и осмотрелся. В какую сторону лететь и где искать Амели, не имел ни малейшего представления, но кровь кипела и грозилась спалить меня изнутри, если я сдамся вот так просто.

Стражи позади меня появились бесшумно, они даже сняли гремящие части формы — остались в черных комбинезонах с капюшонами.

— Эй! — воскликнул, когда один из них схватил меня за плечо и развернул к себе.

В следующее мгновение голову пронзила боль от удара чем-то тяжелым, и сознание уплыло в темноту.

В себя пришел, видимо, нескоро, потому что ноги затекли, я их практически не чувствовал. Попытался пошевелить рукой, и звон цепей, отразившись от стен, пронесся по помещению. Приоткрыл глаза и слабо застонал, вспоминая это место.

Подвальное помещение, выточенное в камне, всегда было сырым, потому что прямо под ним и вокруг него простиралось болото. Каморка метр на метр, одна из стен которой была решеткой из толстых железных прутьев такой искусной работы, что разогнуть их не хватило бы даже силы дракона.

Впрочем, сбежать отсюда живым тоже не выйдет — болото не пересечь без вон того моста, который сейчас поднят высоко и находится на той стороне болота.

Зловонная жижа могла бы сойти за полянку, так как вся ее поверхность была затянута водорослями, которые очень уж походили на обычную траву. Но грязь, грозящая затянуть на дно все, что попадет в ее лапы, время от времени булькала и напоминала о безвыходной ситуации пленника.

В этой камере содержат самых опасных преступников мира, но они настолько редко бывают, что одной клетки вполне достаточно.

Последние лет восемьдесят она и вовсе не использовалась, только в детстве отец приводил меня сюда, чтобы показать. Тогда мы шли очень долго, и я не запомнил дорогу. Сначала вошли в подземелье, вход в которое был закрыт железной дверью толщиной в метр, потом спустились по винтовой лестнице. Несколько коридоров, петляющих в разные стороны, отчего у меня тогда закружилась голова, и мы вышли в помещение с обычными клетками.