Мой лучший враг

Каждое слово, что я тебе сказал сегодня, – чистая правда. Я готов мириться с твоим званием моей избранницы.

Все это действует на меня странно: я определенно жду подвоха до сих пор.

Следующий вопрос тщательно подбираю.

– Ты любишь Глорию?

Получаю взгляд исподлобья.

– Она станет мне отличной напарницей, как я и сказал.

– Ты правда веришь, что у Альнара могут быть ко мне чувства? – произношу я самый глупый и болезненный вопрос, за что секунду спустя себя кляну. Но Рейм отвечает:

– Верю. Он к тебе неравнодушен, как бы жалко это ни звучало. Но с тобой или без, я окажусь завтра в списке парников.

Пыльца рассеивается вокруг Рейма, и серьезное выражение сменяется усмешкой.

– Список, – нахожу я едва ли не последнюю зацепку, – уже утвержден. Никого нового туда не доберут.

– Брось, для меня с радостью сделают исключение, – фыркает аристократ. – Плясать будут от новости, что я облагородил своим присутствием их факультет.

В этом он весь. Самомнение – с драконий зоб, такой же раздутый и наполненный кислотой. Я не могу стать его напарницей, это полнейшая чушь.

– И как это будет? – спрашиваю я.

– О. В храме Стихий, конечно. Без музыки, родных и богатых одежд – ну, по крайней мере, в твоем случае.

– Когда? Сколько придется ждать?

Рейм морщится, словно мои вопросы ему порядком надоели.

– Ты слишком много болтаешь. Мы не будем ждать, Лудар, поедем прямо сейчас. Решайся.

* * *До сих пор не понимаю, как я согласилась. Два глотка драконьего пунша не могли на меня так подействовать – хотя гренки остались нетронутыми на столе в баре, что наверняка усилило эффект пойла.

Мы едем в нанятом экипаже, запряженном двумя пятнистыми лошадьми, сидим друг напротив друга в тесном пространстве, и вид у Рейма задумчивый. Руки сложены на груди.

– Насколько старательно нам придется изображать пару? – спрашиваю я.

– Весьма, – тонкая улыбка трогает губы врага. – Деканат спокойно относится к союзам по расчету. Но если они выяснят, что мы просто притворяемся, могут возникнуть проблемы.

Я сжимаю руки. В голову вдруг лезут мысли о семье, разом отрезвляя. После смерти родителей у меня остались лишь бабушка и младшая сестра. Не могу сказать, что моя стипендия сильно им помогает, но как раз поэтому я так стараюсь в учебе и надеюсь выцарапать себе приличную должность после. Во многом поэтому.

Проблемы с деканатом – вовсе не то, что мне нужно.

– Демоны, Лудар, в мои планы совсем не входит, чтобы нас отчислили, – кривится Рейм. – Просто уясни, что придется играть.

Притворяться, что я его пара. Перед всей академией – перед его компашкой придурков, которые не давали мне прохода столько лет. Перед сторонними наблюдателями, которым я упорно доказывала, что у меня есть гордость. Перед моей подругой Тал.