Мой лучший враг

В голове бьет тысяча невидимых молоточков.

– Знаю, у тебя могут быть свои мысли на этот счет. У тебя, похоже, все не так уж плохо с Реймом.

Я думаю, что у жизни странное чувство юмора. Пару недель назад от таких слов я бы запрыгнула на облака от счастья. Это ведь Ал. Парень, при мысли о котором у меня всегда сжималось сердце.

Оно сжимается и сейчас – мне немного больно.

Невольно смотрю на его руки. Бегу взглядом по рубашке, по плечам, к шее и лицу. Меня всегда привлекал его теплый взгляд, его волосы, которые никогда не лежат ровно. Его улыбка – знакомая, донельзя уютная.

Сейчас улыбки нет, и его лицо кажется мне вдруг почти обычным. Оно приятное, с правильными чертами – но я не понимаю, почему не нахожу в них чего-то невыразимо притягательного. Как и в его голосе. В этом предложении, в разговоре.

– Альнар. Я считаю, что это правильное решение, – почти повторяю свою первую фразу, сама себе поражаясь. – Расстаться с Глорией. Для тебя. Но насчет остального – подожди.

Он моргает немного ошарашенно.

– Я слишком резко все это тебе выдал? Или дело во внимании ректора?

Или что-то случилось с моей жизнью, отчего его предложение не вызывает во мне и капли того восторга, что раньше вызывал малейший взгляд.

У меня вообще сейчас плохо с чувствами. Коробку заклинило, не иначе. Едва не прикладываю руку к груди, чтобы ее растормошить, – очень хочется перестать напоминать себе бестолкового истукана. Но под ребрами все словно покрылось ржавчиной.

– Подумай, Кел, – продолжает Альнар. – Я совершил ошибку, согласился связаться не с той девушкой, не разобрался в себе. И ты тоже. Но мы можем все исправить.

«Мы».

– Не отвечай мне сейчас, – добавляет он, когда я уже открываю рот. – Мне необходимо было время – и тебе оно пригодится. Подумай."

"– Тогда мне нужно идти, – бросаю я жалкую ложь и рвусь прочь прежде, чем он скажет что-либо еще.

К Тал я даже не заглядываю. Проношусь до своей комнаты, наивно гадая, не вернется ли скоро Иден. Сейчас свет выключен, везде тишина. Мечусь по гостиной, тоскливо смотрю в окно и падаю в кресло, прикрыв лицо руками.

С четверть часа так и сижу. Неизвестно на что надеясь – может, что на меня вот-вот накатит какое-нибудь просветление? Сломавшийся механизм за ребрами смажут маслом, и я снова смогу хотя бы ответить на вопрос, какого демона я так нелепо вела себя с парнем, который вообще-то мне дорог?

А потом в дверь стучат.

Удивляюсь, потому что Рейм стучать вряд ли бы стал – хотя в первый момент я надеюсь, что это он. Но из-за порога на меня смотрит комендантша.

– Келли Лудар, – говорит вежливо и немного чопорно. – Вам письмо.

С подозрением беру конверт. Белый, красивый, запечатанный и с моим именем.