Моя капризная леди

— А почему Джейн вообще здесь работает?

— Миссис Голстем — сестра жены брата гувернантки леди Грант, которая дружит с леди Юной, — ответил Олли за Магду.

Эльфы направились вглубь коридора, пока несчастная Джейн пробивалась через невидимый заслон петли. Я наклонила голову набок, дождалась, когда стражники отойдут на приличное расстояние и повернулась к Магде.

— Почему они черные? — гномка хмыкнула, а я мысленно обозвала себя дурой.

— Дроу, — хохотнула управляющая.

Настоящий конфуз — я не узнала представителей подземной расы эльфов. Впрочем, у меня имелось оправдание: в Ландоре они появлялись редко, на войне же я видела только солдат Ровении из союзных войск.

Там точно никаких дроу не водилось. Лишь огромные боевые медведи, несколько белых драконов и ледяные маги.

Магда вновь приняла чинный вид.

— Гроссбухи, леди Мали, я отнесла в покои госпожи Роз... — гномка закашлялась, быстро исправившись. — В ваши комнаты.

Громкий клич со стороны второго входа, ведущего на главную лестницу. Под визги служанок и оханье нелюдей в зал ворвалась Эйла МакГиннес со своей упырекурицей. Точнее, вначале впорхнула птица, затем вбежала сестра Терлака.

Веснушчатое лицо покраснело от гнева, глаза сверкали, а между пальцев мелькнули искры. Подмышкой ненормальная девица держала что-то круглое и завернутое в плащ.

Тяжелый топот мужских сапог и голоса братьев Терлака эхом отразились от стен.

— Ты, — взвилась десятилетка, показывая на меня пальцем, — залезла в мою комнату и все там перевернула!

— А? — выпучила я глаза на ненормальную и непроизвольно отступила на шаг.

— Убью тебя! — заорала Эйла. — Пакли белобрысые выдерну!

— Сестренка, стой! — послышался крик одного из братьев МакГиннесов, вбегающих следом за взбешенной маленькой драконицей.

Эйла, не глядя, впихнула в руки ошарашенного слуги свою ношу, ловко запрыгнула на стол и прокатилась по поверхности, сбрасывая тряпки со щетками. Мелкая зараза обогнула двух служанок, оттолкнула брауни с тазиком, полным воды, и бросилась на меня в полете, подгоняемая воздушным потоком.

Падение на пол оказалось болезненным, но не настолько, как чужие пальцы, вцепившиеся в мои волосы. Эйла будто задалась целью снять с меня скальп под крики Магды, которая поспешила разнять нас.

Я же отчаянно боролась и закрывала то голову, то лицо от ногтей сестры Терлака, жаждущей крови по необъяснимой причине.

— Гнилая соплеуха, плешивая гхурия злобной виверты! — истошно вопила Эйла.

Ярость, с которой сестра Терлака билась, постепенно отравляла мою кровь и передавалась вместе с жуткой обидой. В голове щелкнул странный выключатель, стирая из памяти преграды, правила поведения и уроки мадам Сорель. Не осталось ничего. Лишь огонь ненависти, разрастающийся с каждой секундой все сильнее.